- Совершенно верно. И я считаю, что именно эта женщина навещала здесь стариков – Катерина Лаврова, - лицо Оксаны светилось, она была явно довольна собой.
- Как складно у тебя все получается! Но куда потом подевался мальчик? Куда делся внук? Почему он не общался с бабкой и дедом? – Крашников все еще считал эту теорию слишком неправдоподобной.
- Ну, здесь разные сценарии могут быть, - Городовая была непоколебима – вот кому в зыбучих песках догадок и предположений не было равных, она уверенно продолжала рассуждать вслух. - Например, после того, как погиб единственный сын Королевых, они так горюют, что внук для них отодвигается на еще более дальний план, чем был до этого, в результате чего их воспитание сводится лишь к безликому финансированию его нужд. Или, как выразился Николай Федорович, «эта стерва», думаю речь о Катерине, запрещает им видеть их внука по какой-то причине.
- С чего бы ей – Катерине – запрещать старикам видеться с внуком, ведь, как я понимаю, она существует полностью за их счет?
- Ну, не знаю… Возможно, для того, чтобы у ребенка не было проблем в будущем – в школе и так далее, наверняка эта женщина с самого начала документально была родной матерью этого мальчика. Не исключено, что в какой-то момент она почувствовала себя вправе ограничивать контакты своего сына с нежелательными для его окружения, по ее мнению, людьми. А может быть просто потому что старики перестали дружить с головой – ведь сиделка сказала, что они путали реальность с вымыслом еще восемь лет назад.
- Это один из самых безобидных сценариев, - хмыкнул Крашников.
- Да, учитывая, что Королевы та еще семейка, – кивнула головой Городовая.
- Это все, конечно, необычайно интересно, - произнес Крашников, но каким образом это может касаться нашего расследования?
- Самым непосредственным образом, - Городовая загадочно улыбнулась. – Думаю, мы прекрасно знаем, что стало с внуком Королевых! – Она снова сделала многозначительную паузу, после чего воскликнула: - Ну, Лаврова Екатерина, Лавров Павел, вспоминай!
Следователь с видом победительницы наблюдала, как меняется выражение лица Крашникова. До него наконец-то дошло, о чем она говорит.
– Ни хрена себе! Думаешь, это и есть наш Лавров?! Одна из жертв нашего маньяка?!
- А как же! Я уверена, что он и есть. Вот мы и нашли связь. Наши первые жертвы – Валентина Маркина и Павел Лавров не просто родственники – они брат и сестра, по матери.
- Ну ни хрена себе! – повторился изумленный Крашников. – Как ты вообще до всего этого додумалась?!
- Это всплыло в разговоре, - Городовая рассмеялась.
- Так значит, убийца знал о том, что эти двое – брат и сестра?
- Боже мой… - Городовую поразила очередная догадка. - Именно! Конечно знал! Что если он именно этого и хотел?!
- О чем ты? – снова не понял Крашников, похмелье сыграло с ним сегодня дурную шутку, так плохо он никогда не соображал. Но на Городовую судя по всему, такие вещи не оказывали никакого влияния. Она лихорадочно сопоставляла все известные факты расследуемого дела, рассуждая вслух:
- Мы уже знаем, что второй убитый мужчина – не наш клиент, это дело рук другого убийцы. Остается лишь один мужчина – Лавров Павел, а остальные четыре жертвы – женщины. Так… что все это значит…
- Убийца знал, что Лавров и Маркина – родственники и убил их обоих, именно с них началась череда его преступлений, - попытался помочь Крашников, рассуждая вместе с Городовой.
- Возможно, его целью и были только эти двое родственников, - веско закончила свою мысль Городовая.
- Э… - Крашников недоуменно взглянул на Городовую, - а как же остальные жертвы?
- Убийство пары родственников послужило толчком, запустило патологический процесс, заставляя его убивать, снова и снова. Но уже только женщин.
- Что это значит? Что убийство девушки доставило ему большее наслаждение, чем убийство парня?
- Возможно.
- И что нам это дает? Ну, родственники они, а дальше что?
- Возможно – это самое главное в нашей истории. – Городовая тяжело вздохнула. – Теперь у нас появилась более конкретная информация об убийце. Теперь мы хотя бы можем предположить, что в его жизни убийцы место какая-то травмирующая ситуация, связанная с женщиной, возможно с родственницей, к примеру, с сестрой.