- Хорошо, а мотив? – не унималась Городовая.
- С этим сложнее, - Крашников и сам вдруг начал сомневаться в правильности своих выводов.
- Нет! Не сдавайся! – воскликнула Городовая.
- Но, я думал, ты считаешь, что я не прав, - удивленно уставился на нее Крашников.
- Да мало ли кто что считает? Вспомни, какие невероятные теории обычно высказываю я! Если ты уверен, что прав – не сдавайся, всегда следуй своему чутью!
- Понял, наставник, - нервно хохотнул Крашников. – Так вот. Насчет мотива, - неуверенно продолжил он. – Ты знаешь, я много думал обо всем этом, но ни к чему не пришел.
- Рассуждай. Рассуждай вслух – это помогает, - подбодрила его Городовая.
- Чаще всего я думаю о том, для чего Шумин регулярно наведывался в дом Королевых. Ведь Анна рассказала, что после первой же угрозы от него, стала регулярно перечислять ему деньги, не спорила и не создавала ему проблем. Тогда для чего он посещал этот дом с завидной регулярностью? Может быть, он готовился к тому, чтобы стать опекуном в этом доме, ведь он ждал этого целых три года. Он в любой момент мог сдать Анну властям, а сам занять ее место.
- Не факт, ведь ты сам говорил, что там большая очередь из опекунов, и у него был один шанс из ста, что выберут именно его.
- Да… Но что, если он именно этого и добивался? Возможно, он думал, что Анна под страхом быть раскрытой каким-то образом повлияет на владельцев поселка, чтобы вернуть Шумина в строй, снова сделать его опекуном…
- Что-то сомневаюсь я в такой власти этой Анны… - скептически заметила Городовая.
- Согласен. Но Королевы такой властью обладают наверняка.
Крашников напряженно размышлял. В его голове билась мысль, слишком невероятная, чтобы быть правдой, но объясняющая все, что происходило в доме Королевых в последнее время.
- Что если Шумин шантажировал не только Анну, но и пытался шантажировать самих Королевых? – неожиданно выпалил он.
- В этом что-то есть, - с одобрением взглянула на него Городовая и задумалась. - Это более чем вероятно, - после небольшой паузы уже более уверенно заявила она. – Он нашел себе небольшой постоянный доход от шантажа Анны и потихоньку ее доил, тем временем продумывая более выгодное финансовое предложение. Надо срочно проверить финансовый след Королевых, в частности Елизаветы Петровны, - Городовая достала телефон и начала строчить смс эксперту Особого отдела в Москве, трудившегося круглосуточно.
- Но что такого было известно ему? Он грозился выдать тайну об их внуке? Но Лавров оказался мертвым раньше Шумина, и актуальность родства Лаврова и Королевых мягко говоря была утеряна? Или они не знали, что их внук мертв?
Городовая снова задумалась, но потом ее словно пронзила молния.
- Слушай, это действительно гениально!
Теперь уже Крашников с нетерпением ожидал продолжения.
- Оба старика заодно! Вспомни поведение Николая Федоровича, когда мы пришли с ним поговорить! В какой-то момент он заявил, что знает все новости, несмотря на запрет интернета и телевидения, а чуть позже все твердил о том, что внук заберет их из этого поганого места, помнишь?
- Да, помню…
- Но как он мог не знать, что его внук мертв?!
- Да, действительно. Фамилии и имена жертв преступлений освещались во всех местных газетах и в интернете, и если уж он знал об убийствах, то знал и имена жертв! Черт, как мы раньше об этом не подумали!
- Мы были слишком заняты другим, более очевидным, как ты сам выразился недавно.
- Старики отлично сыграли свои роли больных и безумных! Но вернемся к мотиву – что могло толкнуть их на убийство?!
Вопрос повис в воздухе, и каждый из следователей физически ощущал его тяжесть и давление.
- Может, старики разгадали загадку всех этих убийств намного раньше нас? Или точнее, думали, что разгадали. Ведь у них было намного больше информации для этого - они знали о том, что первые две жертвы – родственники, и о том, кто еще кроме них мог об этом знать и кто мог быть убийцей. А когда, в один из дней, на пороге их дома в очередной раз появился Шумин, и намекнул о том, что знает большую тайну Королевых, то эмоции стариков итак напряженных из-за смерти внука, взяли верх, и Шумин стал для них воплощением зла и источником всех их горестей?