Я сказал начальству, куда хочу перевестись. Каково же было мое удивление, когда я увидел среди бумаг ваше имя – вам предстояло стать моей начальницей. Я подумал, что это какой-то промысел богов, не иначе. Решил, что удача на моей стороне.
Но Жаклин затерялась в городе. Просто исчезла, словно ее никогда не существовало.
Поэтому мне пришлось развернуть поиски за вашей спиной. Я не знал, кому могу доверять, а кому нет, и пытался со всем справиться в одиночку. И в конце концов я нашел ее. Вышел на ее след, вошел в контакт и начал собирать доказательства. Имена тех, с кем она пересекалась, с кем встречалась в тех деревнях, кто может быть причастен…
Именно тогда я обнаружил связь между ней и убийствами. Мне удалось найти доказательство того, что именно она завела Лию в те переулки – я видел у нее ту красную сумку, которую мы так и не нашли у трупа. Думаю, дома у нее больше подобных вещей. К тому же, наш криминалист может попытаться сопоставить ее внешность с теми размытыми изображениями, что мы получили с камеры видеонаблюдения. Я не знаю, как именно она связана с убийцами и зачем ей понадобилось все это, но к чему бы она ни была причастна – она или ее наниматели – это всегда сопряжено с крайней жестокостью. Я собирался сказать об этом…
Но не успел. Жаклин рассекретила меня так же, как Ирвана тогда, в прошлом. Полиция не нашла никаких признаков взлома, потому что я сам открыл ей. Думал, что она еще не в курсе, кто я. Даже дверь не успел до конца распахнуть, как уже получил порцию транквилизатора.
К тому времени, как я очнулся где-то за чертой города и смог выбраться из заколоченного сарая, полиция уже рылась в моей квартире. Не знаю уж, что именно Жаклин подкинула, но уже тогда понял, что попадаться вам на глаза мне нельзя.
Я понимал, что без доказательств своей невиновности мне долго не продержаться. Но они сейчас у Жаклин. Она забрала мой рабочий компьютер. Мне нужен был кто-то, кто доверится мне. Кто лично проведет расследование, чтобы быть готовым поверить мне на слово и провести операцию по задержанию Жаклин. И это были вы, капитан, – Фледель выдохнул, завершая свой рассказ.
Некоторое время Кристиан молчала, переваривая сказанное.
– Вы знали, что на вашу почту пришло письмо от убийц, которое якобы указывало на вашу причастность? Из-за него мы начали обыск квартиры.
– Серьезно? Его смогли отследить?
– Тот же сервер.
– Вы же сами понимаете, что это было частью их плана. Просто так вы бы не начали облаву на мой дом.
– Да, я знаю… Просто тяжело осознавать, что именно я попалась на эту уловку.
– Это не ваша вина. Вы проверяли все, что могли. Это ваша работа.
Кристиан кивнула самой себе и, чтобы избавиться от мрачных мыслей, перевела тему.
– Почему вы думаете, что она не избавилась от ваших доказательств?
– Потому что она не могла этого сделать. У этой женщины подсознательная тяга к воровству, и она хранит у себя дома все, что ей покажется ценным. Даже если она сотрет всю информацию с дисков, с информацией все будет в порядке – она хранится на карте памяти, приклеенной с внутренней стороны корпуса скотчем.
– Вот как…
– Теперь вы понимаете, капитан. Чтобы добраться до этих данных и разоблачить ее, мне требовалась помощь человека, который доверяет мне.
– А что насчет остальных убийц? Жаклин действовала не одна.
– Что?
– Человек, скинувший на меня пятую жертву, был мужчиной.
– Вы же не думаете, что… – в его интонациях скользнула нервозность.
– Нет, я не думаю, что это вы. Я просто думаю, что это еще не конец.
– Вы всегда были поразительно оптимистичны, – тихий смех раздался из трубки, и Кристиан подумала, до чего же это странно – слышать его сквозь километры, и в то же время не иметь возможности узнать, где он и что с ним.
– Это называется рационализмом, – она почувствовала, что и сама улыбается, но в ту же секунду пресекла себя. – Но то, что я не считаю вас виновным, еще не убеждает всех остальных в этом. Морган может решить, что вы были тем мужчиной.
– Мы справимся с этим. Мне важно лишь то, что вы доверяете мне.
Он говорил так твердо, что Кристиан поймала себя на том, как обманывается – и правда начинает верить, что им все под силу. Не имея никаких доказательств, снять с Фледеля обвинения, поймать преступников и наконец-то закончить эти ужасы последних дней. Но все это было лишь красивой ложью – сладкой пилюлей, которой она столь отчаянно заедает горечь реальности.