С трудом найдя свой багаж, она вышла в пробуждающийся город. Между небоскребами виднелись порозовевшие облака, а значит, скоро и солнце пронзит лучами усыпанные бетонными коробками улицы.
Вигвард ненамного отличался от Кронфорда, если не считать одного существенного различия – людей. Спешащие по своим делам, они тоннами заполняли улицы, словно муравейник, даже несмотря на то, что сейчас едва ли было шесть утра. В то время, когда на дорогах обычно проезжала пара машин, здесь раздраженно жали на гудки сотни попавших в пробку из-за высокого трафика автомобилистов, подчиняясь командам многоступенчатых светофоров.
Капитан расстегнула верхние пуговицы на пальто. Здешние края всегда славились добрым солнцем, и даже сейчас, ноябрьским утром, Кристиан чувствовала, что здесь намного теплее, чем в ее негостеприимном доме.
Гостиница должна была быть где-то неподалеку.
Забрав ключи от номера и закинув вещи внутрь, она поинтересовалась у метрдотеля, как пройти к городской библиотеке, и, выслушав ответ, вышла на улицу. К сожалению, придется довольствоваться этим. Ни на доступ к архиву, ни на какую-либо помощь от местной полиции она может не рассчитывать. Пытаясь лезть не в свое дело, она лишь навлечет на себя подозрения, а еще одного скандала с Морганом ее карьера не выдержит.
Библиотека оказалась гораздо больше, чем она думала. В глубине души Кристиан понимала, что любое столичное здание будет превосходить провинциальный аналог в несколько раз, но все равно не ожидала увидеть уходящие ввысь колонны, скрывающиеся где-то в лиловых утренних сумерках. Трехметровые двери были еще закрыты, потому капитан нашла недалеко ларек и заказала кофе, усевшись на мокрый от росы кованый стул.
То, что капитан собиралась сделать, казалось ничего не значащей мелочью, но уже находилось за чертой, которую она никогда не хотела переступать. Чертой закона. Она знала, что придется пойти на нечто подобное, еще когда покупала билеты. А еще лучше знала, что как только перейдет эту призрачную грань, то уже не остановится.
Но карты уже разыграны, и все, что ей оставалось – это блефовать.
Пальцы уверенно вдавили дверной звонок. По другую сторону послышались торопливые шаги, и высокий женский голосок растеряно спросил, кто пришел.
– Миссис Хонеккер, я из полиции. Нам нужно поговорить.
Дверь открылась, и капитан твердым движением подняла удостоверение так, чтобы мизинец закрывал название города. Открывшая дверь женщина едва успела сфокусировать взгляд на внезапно возникшем перед ней документе, как Кристиан сразу же убрала его в нагрудный карман.
В библиотеке она попросила все тома справочника Вигварда, и пожилая дама, сидевшая на абонементе, отправила ее запрос по пневмопочте. Капсула умчалась внутрь, в глубины книгохранилища, и вскоре семь толстенных томов приехали по одному из рассекающих помещение рельсовых путей. Подобная система была изобретена еще пару веков назад, и все же до сих пор воспринималась как некое ноу-хау. Капитан не могла не вспомнить бедную Дотти, вынужденную каждый раз уходить куда-то в подвалы и нести все необходимые документы наверх в руках.
Удобно расположившись в читальном зале, Кристиан начала внимательно изучать справочник. Ее интересовало всего три фамилии – Эванс, Копп и Хонеккер. Но уже тут начинались сложности.
Минимум два десятка семей носили фамилию Эванс. Заявляться на каждый адрес, светя удостоверением, чтобы потом уверять, что ошиблась дверью – неизбежно привлекать внимание полиции. Коппов в городе и вовсе не оказалось. Оставался лишь один вариант – Хонеккеры, которые проживали в столице в трех местах.
Тридцатипроцентный шанс. Куда лучше, чем призрачные догадки, которые у нее есть.
И вот Кристиан стояла перед женщиной средних лет, глаза которой утонули в темноте слишком рано появившихся морщин, молясь, чтобы именно она имела отношение к Гантеру Хонеккеру – человеку, чей отчет по вскрытию она нашла у сержанта.
– Что-то случилось?..
Взгляд женщины был встревоженным. Ореховая кожа, согретая местным солнцем, была покрыта пигментными пятнами, а в волосах виднелась проседь, и Кристиан вдруг подумалось, что она наверняка выглядит намного старше своего возраста.
– Всплыли новые обстоятельства по делу Гантера Хонеккера. Я могу задать вам несколько вопросов?