- Болван! Тебе-то зачем в это влезать? - спросил Некрасов. - Ты в этом деле посторонний человек, которому есть что терять.
- Большую часть сознательной жизни я считал себя материалистом. Ни в кого и ни во что не верил. Я был просто убеждён, что за пределами тела жизни нет, а значит нет никакого загробного мира, - прекратив улыбаться, ответил Зараза. - Но после того как землю заполонили зомби, я основательно пересмотрел свои воззрения и не прочь кое-что проверить.
Веня внимательно посмотрел на Некрасова и добавил:
- Я должен был сдохнуть ещё пять лет назад. В тот день, когда бросил жену и сына, когда испугался за собственную шкуру и спрятался в своём дурацком убежище, вместо того, чтобы прорваться через кордоны и толпы людоедов к своим родным и оставаться с ними до конца. Вдруг там что-то есть, и я снова их увижу...
Зараза почесал затылок и, помолчав, кивнул вглубь вентиляционного канала.
- В конце этого туннеля должен быть выход на поверхность. Скорее всего в виде вертикального колодца. Тебе нужно двигать туда, - сказал он. - А я пойду следом, найду боковое ответвление, которое расположено над канцелярией и заброшу гранаты под пол.
- Тебе придётся спуститься вниз!..
- Но сначала попробую сверху, - Веня улыбнулся и протянул руку. - Давай свои гранаты.
То что толстяк всё равно поступит на этот раз по своему, Некрасов не сомневался. Спорить с ним не хотелось да и было просто бессмысленно. Он послушно отдал свои Ф-1, поднялся на ноги и поплёлся дальше. Веня молча шёл следом. Метров через десять показалась развилка.
- Долго не возись! - напоследок бросил Веня. - Даю тебе ровно десять минут. Не успеешь — отправишься вместе со мной!
Последние слова прозвучали гулко и звонко. Значит, он свернул в боковой туннель. Оборачиваться Некрасов не стал, только сморщился испытав, какое-то щемящее чувство.
5
Двигаться дальше становилось всё труднее и труднее. Время играло против него, и изменения которые происходили в его организме скоро могли стать не обратимыми.
Голову обжигало жаром, словно он сунул её в печную топку. Глаза начали слезиться, мышцы ног сводили судороги. Его била лихорадка, а место укуса онемело.
«Если успею до взрыва, так и быть испытаю зелье Хофмана на своей персоне, а нет... значит нет! - подумал Некрасов. - Пойду следом за толстяком».
Туннель немного расширился, и майор увидел в верхней части вентиляционного канала широкий вертикальный отводок. Он уходил вверх под углом в сорок пять градусов.
«Прав оказался Зараза, - подумал Некрасов. - Как будто видел схему немецких строителей своими глазами».
Он быстро добрался до отводка, заглянул в него и заметил узкие скобы-ступеньки. Где-то вверху, сквозь зарешеченную крышку едва просматривался кусочек серого неба. Майор встал на первую скобу и, собравшись с силами, начал карабкаться наверх.
6
До поверхности оставалось метров пять, когда всё вокруг встряхнулось от мощной детонации, и почти сразу же пришла оглушающая звуковая волна. Некрасов с трудом удержал равновесие, рефлекторно раскрыл рот, чтобы не лопнули барабанные перепонки и зажмурился. В тот же миг сокрушающая сила подхватила его, завертела, сжала со всех сторон, поволокла вверх. Уже контуженного, с сочащейся из ушей кровью, она вышвырнула его из вентиляционного канала на скалы, и несколько метров он кубарем катился по какому-то склону с острыми выступами. Потом майор ударился о серую каменную стену, и неконтролируемое падение прекратилось.
Взрывы и детонации продолжались нескольких минут. Скалу трясло, по скальное породе расходились глубокие провалы. В какой-то момент Некрасову стало казаться, что скоро и сам остров раскрошится на части и сгинет в морской бездне. Из широкой трещины вырывались огненные вихри. Воздух вокруг разогрелся, завоняло раскалённым железом и сгоревшим мазутом.
7
Глухо. В ушах стоял звон. Голова раскалывалась от боли. Земля успокоилась, и больше её не трясло. Некрасов приоткрыл глаза и посмотрел на пылевое облако, расползающееся над его головой.
- Получилось как задумали, - прошептал он. - Но это ещё не конец.
Майор приподнялся на локтях. Осмотрелся. Из вентиляционной шахты его выбросило на гребень горы. Не мудрено, что про отдушину никто не знал: забраться сюда не просто, поверхность склона обросла густым кустарником. Правда сейчас от кустарника ничего не осталось, — взрыв буквально его выкосил, не оставив даже пеньков.