Непроглядная тьма, сизая дымка у входа. Некрасов надел маску и с сомнением уставился на чемоданчик сапёра.
- Постарайтесь не трогать руками объективы камер! - воскликнула Мейер. - И ещё! Не рискуйте понапрасну.
Некрасов вяло кивнул и жестом поманил за собой Скрябина. Осторожно ступая, он перешагнул через железный порог и увидел бетонную лестницу, уходящую вниз метров на десять.
- Хреново! - проговорил он. - Темень хоть глаз выколи.
Он включил фонари прикреплённые к шлему, и осмотрелся. У входа лежала бетонная глыба и, проржавевшая железная балка.
- Пошли! - позвал он. - Пока ничего страшного.
Под ногами захрустела бетонная крошка, заскрежетали металлические стружки и песок. От напряжения защекотало под ложечкой, и Некрасов судорожно сглотнул. В этом заброшенном бункере, задавленные цивилизацией страхи пробудились в его сознании с невообразимой силой. На лбу выступил пот, и захотелось сбежать.
- В одиночку бы сюда не полез, - бросил Скрябин. - Сдох бы от страха.
В динамиках связи зашуршали помехи, и Некрасов услышал искажённый до неузнаваемости голос Акимова.
- На нижнем уровне сделайте панорамный обзор, - приказал он. - Я хочу увидеть всё своими глазами.
На последней ступеньке валялись гильзы и рваные бинты. Бетон был в багровых потёках, кое-где виднелись засохшие сгустки.
- Кровь, - прошептал Некрасов. - Вероятно, кто-то пытался сделать перевязку.
- Не прикасайтесь! - предупредила Мейер. - Все предметы должны оставаться на своих местах.
- А если мне потребуется что-то сдвинуть? - спросил Некрасов. - Я понятия не имею, как здесь всё устроено.
- Только при необходимости, - нетерпеливо фыркнула Мейер. - И не задерживайтесь подолгу на одном месте. Мне нужно, чтобы через полчаса в бункер спустились сотрудники лаборатории.
Некрасов перешагнул через бинты и нерешительно наклонился над кровавым пятном.
- Это что, зубы? - спросил Скрябин.
- Человеческие, - Некрасов подобрал кусок арматуры и легонько пошевелил обломки резцов. - Не повезло. Кому-то вышибли весь ряд.
Он отбросил железку в сторону, снял с пояса фонарь помощнее и направил его луч на бронированную дверь. Она была приоткрыта. Свет выхватил мешок с песком, обломки мебели, несколько пустых ящиков.
- Какая-то баррикада, - заметил Скрябин. - Навалили всякого барахла. Фаш-ш-шисты!
- И зачем она по-твоему? - Некрасов посветил фонарём во все стороны, перешагнул через кровавое пятно и приблизился к двери. - Кому нужна баррикада в бункере?
Он посмотрел себе под ноги и заметил тёмные продольные потёки. Словно тащили что-то громоздкое и широкое. След тянулся до самой двери, где потёки размытыми линиями, переползали на стены и железную дверь.
Некрасов выставил фонарь и заглянул в проход. Огромный зал, заставленный каким-то оборудованием, разрушенная стена из стеллажей и горы тряпья. Всё это было покрыто тонким слоем желтоватой пыли. Луч света выхватил немецкий «МП», несколько гранат и... руку. Бледную, со странными крапинками, которые оспинами покрывали матовую поверхность кожи.
«Как живая!» - подумал Некрасов.
- Что там? - шёпотом спросил Скрябин. - Что-нибудь есть?
Некрасов многозначительно кивнул на дверь и попытался выжать улыбку.
- Оставайся здесь. Потребуешься, позову.
Он навалился плечом на дверь и отодвинул её так, чтобы в проём можно было пролезть. Перешагнул через мешок с песком, осмотрелся по сторонам и только после этого направил фонарь на руку.
На полу лежал человек в армейской форме. Судя по знакам отличия лейтенант. На лбу пулевое ранение, глаза закрыты, рот перекошен судорогой. В правой руке «Люгер».
- Трудно поверить, что он пролежал здесь больше семидесяти лет, - прошептал Некрасов. - Как будто пустил себе пулю пять минут назад.
- Покажите нам его голову, - послышался в динамиках, голос Мейер.
Некрасов с трудом подавил нарастающий страх и несколько секунд приноравливался, пока Мейер не приказала остановиться.
- Направьте на него фонарь.
Луч высветил воротник, шею. В глаза тут же бросилась глубокая рваная рана, сгусток чёрной крови и, потемневшая вокруг кожа. Он заметил следы зубов и вздрогнул.
- Только без эмоций, - выдавила Мейер. - Причин может быть множество.
- Лучше объясните, что это за бункер, - проговорил Некрасов. - От этого места у меня мурашки по коже.
От напряжения ломило в глазах, стекающий по лицу пот неприятно щекотал скулы.