Ещё этот отвратный запах! Въедливый, заставляющий задерживать дыхание и судорожно глотать слюну, чтобы не заблевать всё вокруг. Воняло нечистотами, тленом, мазутом, воняло гниющими отходами и какой-то косметической отдушкой.
- Что за жуткий смрад? - прошептал Зараза. - У меня лёгкие сейчас разорвёт!
- Помолчи! - бросил Некрасов. - Гляди! Там какая-то табличка!
Он немного подождал, потом набрался храбрости и выскочил из-за седана. Несколько разбитых машин впереди. Врезавшийся в бетонный отбойник пассажирский микроавтобус. Метрах в десяти металлические ежи и узкий проход пропускного пункта с шлагбаумом и стоявшим за ограждением бронеавтомобилем.
Некрасов пробежал за шлагбаум и, оглянувшись, поманил Веню к себе. Толстяк вскинул руку с пистолетом и, выпучив глаза, тут же затрусил к напарнику.
«Рэмбо — мать его так! - подумал Некрасов. - Впрочем не без того. Этот парень пять лет выживал в одиночку! Поучится есть чему!».
Впереди оперативный простор. Беги хоть вправо, хоть влево, — все направления открыты. И всё же Некрасов пошёл вперёд, к раскачивающейся на ветру металлической табличке. Окрашенная в красный цвет, она тревожила и пугала. Тихо позвякивала, ударяясь одной стороной о железный столб. Скрипела проволокой. Тускло поблескивала остатками краски.
- Что чёрт возьми здесь было?! - приближаясь, прошептал Некрасов.
Разросшийся кустарник и бурьян скрывали общую картину, за зеленью только серая бесконечно длинная бетонная стена с проволочной окантовкой поверху. Судя по видневшимся вдали поржавевшим крышам ангаров, это и была пресловутая промзона, о которой рассказал умирающий сектант. Только в какой-то момент, на короткий промежуток времени, она использовалась в совершенно ином качестве.
«Карантинный резерват», - прочитал Некрасов. - «Красный уровень опасности. Вход только в спецодежде».
- Здесь держали заражённых! - проговорил Зараза. - Это один из фильтрационных лагерей, в котором пытались найти вакцину от вируса...
Некрасов обернулся к толстяку и помрачнел. В том что появились такие резерваты была и его прямая вина. Долгое время он пытался забыть предысторию событий, но проклятый мозг, превративший воспоминания о тех трагических днях в условный рефлекс, не давал покоя. Ночью в душном кубрике, днём на посту он тревожил его сожалениями о невозможности повернуть время вспять.
- Пошли! - хриплым голосом сказал он. - Если всё сложится как надо, — скоро отдохнём, а если нет!..
Он подошёл вплотную к забору и посмотрел по сторонам. Въезд располагался метрах в двадцати от моста. Удобно и практично с точки зрения людей принимавших решения пять лет назад. Полный контроль над переправой и большие площади для организации резервата. Только ничего не помогло.
- А если не сложится, что тогда? - спросил Зараза.
- Грохнут нас и прикинут земелькой, - отозвался Некрасов. - Чтобы не воняли на всю округу.
Зараза снова наступил на пятку. Привычка толстяка укорачивать дистанцию до минимума снова начинала действовать на нервы.
- Не нравится мне такой расклад! - прошептал он. - Почему нас должны грохнуть?
- Потом объясню! А пока заткнись!
До слуха стали доносится тревожные звуки. Какой-то ублюдок тащился по щебню обочины и шаркал левой ногой, загребая рваным ботинком придорожные камни. Он рыскал мордой, посматривал по сторонам и приглушённо мычал, стараясь выяснить откуда доносится столь соблазнительный запах свежатины.
Толстяк встрепенулся и побледнел. Некрасов легонько пихнул его локтем. Дёргаться было опасно, уж лучше затаиться и выждать. Пусть это серое чучело пройдёт мимо, — глядишь, не заметит, да и они на боеприпасах сэкономят.
Кусты бирючины неплохо маскировали, помогал и ветер дувший в их сторону. Но недооценивать упыря не стоило. Эти твари давно приспособились к охоте и обладали потрясающими инстинктами. Собственно кроме инстинктов у них ничего больше и не было. Всё их существование основывалось на рефлексе неутолимого голода. Не будь голода и эти существа были бы самыми безобидными на планете, но...
Некрасов проследил за фагом, и когда тот направился к мосту, с облегчением выдохнул, — если и вернётся, то не скоро.
- У того утопленника к руке был привязан пластиковый пакет, - неожиданно произнёс Зараза. - Знаешь, зачем?
Некрасов неопределённо пожал плечами и посмотрел на компаньона.