Проснувшись утром, я прижал к себе посильнее мирно спящую жену. Я каждый раз, когда называю ее этим словом чувствую некую эйфорию. Разглядывая ее лицо, я понял, что фотосессии нам не избежать, потому что оно было без единого пятнышка, а вот на шее были синяки, странно, вечером их точно не было, и веревочки с кольцом я не обнаружил. Наверное, развязалась и где в кровати нужно поискать. С Тизой мы договорились созвониться в девять, и если все будет в силе, то она прибудет к одиннадцати, так как первая часть наших с Кирой страданий пройдет у нас дома. Известный фотограф Фран какой-то там приедет в час дня. Будет несколько фотографий дома, а затем едем дальше. Вздохнув, я поцеловал Киру и тем самым случайно разбудил ее.
- Мне снилась мама. Она оказывается хотела покончить с собой, когда я была маленькая. Позвони Вильосу, спроси пожалуйста, когда мы сможем к ней слетать, - хрипло ото сна сказала она и поцеловав меня в ключицу уткнулась лбом мне в грудь, крепко обнимая.
- У меня такое впечатление, что она не по собственной воле является любовницей Вильоса, и вряд ли она сумасшедшая. Он бы не навещал ее так часто, - задумчиво сказал я.
- Я тоже так думаю. После этого воспоминания у меня совсем нет настроения, можно я понаглею и пока не приедет Тиза, я не буду выходить из комнаты?
- Тебе можно все, но в час приедет фотограф. У тебя на лице ничего не осталось.
- Я знаю, я вставала ночью. Сегодня у меня было много снов, – грустно сказала она и прикоснулась губами к моей коже.
- Я могу поднять тебе настроение одним проверенным способом, - шепнул я, и тогда она отодвинулась от меня и глядя в глаза спросила:
- А когда у тебя отпуск? У нас будет свадебное путешествие?
- Отпуск не скоро, а что это за свадебное путешествие? Может просто путешествие? Причем тут свадебное? – удивился ее словосочетанию.
- Забудь, - сказала она. – А ты на каком языке вчера разговаривал по смарту? Красивый язык.
- Инсанский. Я родился в городе Маррачи и мои родители чистокровные инсанцы. У меня даже имя классическое и самое распространенное.
- Мне нравится твое имя, а какие еще там распространённые имена?
- Марко, Матео, Адриан…
- А девочки?
- Ана, Кьяра. Ты имена детям уже выбираешь? А не рано ли? – спросил я усмехнувшись.
- Не рано, - буркнула она, чмокнув в подбородок, затем резко встала и ушла в ванную.
«Наверное вспомнила наше недопонимание в санатории и теперь ей стыдно, раз убежала», - подумал я и поспешил одеться, чтобы принести ей завтрак. Подняв ее платье, я положил его на спинку кресла, затем вспомнил про кольцо и перетряс все одеяло, и проверил все складки на простыне и даже под подушками посмотрел, но кольцо не нашел. А потом подумал: «Если она ночью вставала, наверное, сама и сняла».
Ирина Игоревна Трэйн (Кира)
Когда я вышла из душа, не стала надевать халат, а просто обернувшись полотенцем шагнула в комнату. Дамиана уже не было, а вот мое платье, которое я бросила возле двери обнаружилось аккуратно развешанным на спинке кресла. Как же мне нравится это в моем муже. Наверное, это воспитание Ингрид, с ней не забалуешь, видать тяжелое было у него детство. Это не Вадим, у которого по всей комнате были разбросаны вещи, а носки лежали вместо ковра. Приходя к нему, я начинала прибираться в комнате. Его мать вообще никогда не заходила к нему, поэтому честно сказать на его территории был постоянный срач.
Подойдя к шкафу, я вспомнила как ночью я не сдержалась, и сама первая оседлала мужа, столько восхищения было в его взгляде что у меня словно за спиной выросли крылья. В момент нашего единения я была на седьмом небе от счастья, а после чувственного марафона я вырубилась сразу же как закрыла глаза. Но моим мозгам не дала отдохнуть Кира, она начала показывать мне свою жизнь. Подруг, которые, кстати продолжают атаковать помощника Дамиана и просить встречи со мной. В этом сне я узнала их имена и даже некоторые черты их характера. Избалованные богатенькие пустоголовые дуры! Вот и все что я смогла понять о них. Потом Кира показала мне какой-то потайной ход. Вот это ценная информация, нужно будет Дамиану рассказать. И только я мысленно попросила показать ее мать, так она выкинула меня на пляж. Я увидела дядю Грэга, дремавшего на лежаке, рядом с собой женщину и тут же в голове возникло имя Бруна. Это была няня. Чуть дальше увидела охрану, но они стояли спиной ко мне. Я опустила взгляд и посмотрела на свои руки. Маленькие ладошки все в песке, а рядом лежали совок и ведерко с ракушками. Я подняла резко голову и посмотрела на воду. Там шла на глубину Кирина мать. Она несколько раз нервно оборачивалась на берег и зайдя по грудь она остановилась на секунду и посмотрела с грустью на меня вот тогда я разглядела у нее в руках большой камень, привязанный парео к шее.