- Минна ты мастерица на все руки! Чтобы я без тебя делала?
- Нас с детства этому обучают. Когда у тебя среди родственников восемь девчонок приходится быстро всему учиться.
В храм нас сопровождал Ард и Арон Гайос. Подъезжая, у меня возникло чувство дежавю. Дамиан так же держал меня за руку, а на улице вокруг храма было очень много людей. Я не сразу смогла переключиться от воспоминаний и с трудом вышла из авто крепко взявшись за руку моего мужа. Вокруг защелкали камеры, и кто-то из толпы все время кричал: «Поднимите голову, Вас не видно, повернитесь сюда, пожалуйста». Я не стала идти на поводу того журналиста, на лице моем была улыбка, а этого было достаточно. Лишь отойдя от того места шагов на двадцать я подняла голову и посмотрела на командора Трэйна. Какой же он красивый! Высокий, мужественный! И ничуть его серьезность не раздражает меня как раньше. Он заметил, как я пялюсь на него, сбавил шаг и наклонился узнать причину моего пристального внимания, но я приподнялась на носочки, хотя и так была на каблуках и поцеловала своего мужа, да и он был рад моему порыву. Вот тут опять толпа загудела и защелкали камеры.
- Люблю тебя, - прошептала я и сжав его руку посильнее, дала понять, что идем дальше.
В самом храме почти ничего не изменилось. Из чаши продолжала литься вода, на пьедесталах лежали различные подношения. Первые ряды были уже заняты командорами и их женами и вот тут я увидела Райда. Он пожирал меня глазами и был один. Стул, предназначенный для его супруги, был пуст. Организаторы торжества проводили нас на наши места, оказавшиеся точно по центру и когда за нами вошли еще два командора с женами, двери в храме закрыли. Вот это да! Никого не пустили, ни журналистов, ни простых зевак. Жрецы запели уже знакомую мне песню, но Вильоса с Сонией пока не было. Командоры стали переглядываться, а я всматривалась в статуи. Что-то было не так. Не было в их лицах доброжелательности. Может я стала себе надумывать всякие глупости, но Жива явно сердилась.
- Дамиан, мне не по себе. Что-то происходит.
- Давай выйдем?
- Нет, пока я нормально себя чувствую, только тревожно. Жива злится.
Дамиан дернулся и хотел встать, как вдруг боковая дверь открылась и появились виновники торжества. Сония держала за сгиб локтя Вильоса и нежно улыбалась. И это мать Киры! Да я бы назвала ее сестрой! Все невесты, конечно, прекрасны в свадебном платье, но она была невероятно красива. Я от удивления чуть рот не открыла. Атласное облегающее платье с длинными рукавами. На запястьях и поясе были кружевные цветы и с глубоким вырезом на спине. От этого выреза я натурально обалдела. Как он разрешил ей такое надеть? Оно было настолько сексуально в своей простоте, что я не могла отвести от нее взгляд! Как и все присутствующие. Кроме Райда, тот сидел вполоборота и пялился на меня. И как оказалось Дамиан тоже не смотрел на свою тещу, потому что прошептал мне на ухо:
- Я Райду голову оторву, какого шхана он на тебя так смотрит?
Мне пришлось посмотреть Райду в глаза и крутануть пальцем, показывая, чтобы он отвернулся. Тот широко улыбнулся и наконец-то сел ровно. Жрецы продолжали петь, а мне стало душно. Голоса становились тише, и я положила голову на плечо Дамиана. Грэг с Сонией смотрелись рядом гармонично. Он статный мужчина с отличным телосложением, хоть эта бородка и придавала ему какой-то дерзости и вообще, одень его в одежду викингов, так он стал бы похож на Хорса или Яровита, изображенных на картинках, а Сония была прекрасной нимфой. Сложная французская коса из светлых волос, украшенная белыми лентами, была перекинута вперед и оголяла идеально ровную спину, на затылке красовалась заколка, повторяющая кружевные цветы на платье. Разглядывая ее, меня еще больше потянуло в сон. Жрецы завывали свои заунылые песни, затем жених с невестой произнесли свои клятвы. Пара впечатлительных жен командоров, стали утирать слезы, а мне все тяжелее было держать глаза открытыми. Наконец жрецы встали по бокам и вдруг вышел служитель храма с корзиной в руках. В корзине были подношения Богам. Я думала, что он отдаст ее Сонии, но он передал ее Вильосу. Первым делом он пошел к Чернобогу! Еще бы! Кому этот злодей еще может поклоняться? Вытащил большую свечу и поджег ее, затем подошел к Яровиту и вместо продуктов положил ему кинжал. В зале начались перешептывания, но Вильос продолжил и подойдя к Живе поставил на ее пьедестал водные часы. Затем шагнул назад, освободив место для двоих мужчин, которые вышли из боковой двери, несших мертвую свинью. Вот тогда в зале начался настоящий гомон, а я сомкнула глаза.