- Кира, хватит огрызаться. Ты ведь уже, наверное, знаешь, что к нему в больницу так просто не попадешь. Там только родственникам или опекунам дают этот файл.
Я хотела ответить, что не надо было скрывать нас как вдруг воспоминания Сонии меня словно оглушили. Я даже поморщилась. Нет, это чудовище другом мне никогда не станет и зря я его отцом назвала.
- Может тебя к Тоулсу отвезти? Твоя бледность меня настораживает, - сказал он, разглядывая мое лицо.
Не успела я ничего ответить, как за дверью раздались шаги и в кабинет влетел Дамиан с моей туфлей в руке. Ох как не добро он посмотрел на Вильоса! А тот увидев моего мужа сразу поменялся в лице и грозно глядя на него встал с кушетки.
- О ты нашел ее! – воскликнула я, улыбнувшись мужу.
Дамиан сразу понял, что со мной по моей неестественной позе, тут же сел передо мной на корточки и стал массировать мои икры. Чувствительность возвращалась, но пальцы до сих пор не шевелились.
- Где ты был? – спросил у него Вильос.
- Райда домой отправлял, - ответил Дамиан, не поднимая головы.
- Он из-за жены так напился?
- Почти, - сквозь зубы ответил мой ревнивый муж, продолжая массировать уже ступни.
- Ты мне дашь файл Киры от доктора Тоулс?
- У меня его нет. Все засекречено и хранится только у него. Ты ведь понимаешь, что нельзя такое копировать.
- Какое? Что с моей дочерью?
- Я вообще-то рядом сижу! – воскликнула я.
- Я теперь еще больше сомневаюсь в том, что ты настоящая Кира.
- Тебя смутило, что я назвала тебя отцом, дядя Грэг, - сказала я Кириной интонацией, открыв настежь воображаемую толстую дверь в комнату с Кириными воспоминаниями. - Что тебе рассказать из моего детства, чтобы ты удостоверился в том, что я твоя дочь? То, как ты задаривал меня подарками, пытаясь компенсировать общение с матерью, которую я не видела по вечерам? Или то, как она, привязав камень на шею пыталась утопиться, забыв с горя обо мне? Или то, как я по ночам слышала ее крики, а Бруна прижимала меня к груди, закрывая руками уши напевала колыбельные или шептала молитвы?
- Хватит, - рявкнул он.
- Я уже взрослая и у меня есть тот, кого я люблю и кто обо мне позаботится. Не лезь в мою жизнь, - гневно выпалила я, ощутив небывалый приток сил, напомнивший мне о том, как я со злости оторвала от статуи руки.
- Глаза? – спросила я у Дамиана, резко отвернувшись от Вильоса. Муж сразу понял, о чем я и ответил, что все в порядке. Вильос попеременно посмотрел на нас, затем неожиданно со вздохом посмотрел на часы и сказал:
- Я жду тебя на фотосессии. Сония просила, ты ведь ей не откажешь?
- Иди, мы придем через пять минут, - тихо ответила я, продолжая злиться на саму себя. Не сдержалась! Чуть не наговорила лишнего! Пошевелив ступнями, я приподняла сначала одну, потом другую ногу. Вильос глянув на меня еще раз, кивнул и быстро вышел.
Я тут же рассказала Дамиану о произошедшем и спросила про Райда.
- Я его не трогал, если ты про это. Нашел его в уборной с мокрой головой, вывел через запасной вход и посадил в авто, попросив Матса за ним приглядеть.
- Как жаль его жену и детей, ведь Горст непутевый папаша! Его любовница, наверное, рада.
- Да и она уже не рада. Этот идиот подписал договор с ней на крупную сумму денег и на дом, в котором она живет с условием о неразглашении их связи. Составил новый договор на содержание ребенка и ушел от них наняв всем детям нянек. Матс сегодня утром перевез его вещи в городскую квартиру.
- И все из-за меня… Когда только успел столько наворотить? - сказала я со вздохом.
- Вот такая у него была насыщенная ночь. Надо было его в Тиффине оставить. Если через неделю не возьмет себя в руки, буду созывать Совет. В его округе столько дел, а он в неадекватном состоянии. Как ты себя чувствуешь? – спросил он наблюдая за тем как я вышагивала босиком по кабинету.
- Уже лучше, идем, нас ждут, - ответила я, надевая туфли.
День 17.2
Сония Кейтис
Самый экстравагантный фотограф города Таклин - Фран Зигр не знал покоя и скакал как заведенная яркая игрушка вокруг молодоженов. Его команда оперативно меняла фотозоны и не давали расслабиться ни на минуту командору Вильосу и его прекрасной жене. После нескольких комплиментов, сказанных Франом этой улыбчивой женщине он получил первое предупреждение от командора о том, что бы держал рот закрытым. А после того, как Фран подошел и как показалось Вильосу чрезмерно трогал Сонию, ставя ее в нужные позы перед камерой, пообещал быстрое завершение его карьеры если еще раз до нее дотронется. После этого Фран сник и пыл свой поумерил. Соние было не привыкать притворяться и улыбаться, а вот Вильос начал звереть.