— Хозяин ждет Вас на улице, — сообщила ей Эва, вытирая руки полотенцем.
— Я не успела убрать платье, и я не знаю во сколько вернемся.
— Я все сделаю, не волнуйтесь, поспешите, хозяин не в настроении после разговора с Кнудом.
«Да когда он вообще бывает в настроении?» — подумала Сония, выходя из дома.
Возле авто никого не было и не сразу она заметила, как Вильос смотрит на нее сидя за управлением. «Едем без водителя и охраны?» — задала она мысленный вопрос сама себе и села к нему рядом на переднее сидение. Всю дорогу он гнал как сумасшедший. Сония крепко держалась за ремень безопасности и на крутых поворотах зажмуривалась, молясь Богам не попасть в аварию. От чего он так злился она не представляла, но когда раздался звонок от Кнуда и Вильос включил громкую связь она все поняла. Дело было в том, что Ирина завтра утром едет к генералу на опознание рыжего. И об этом ему как раз сказал Кнуд еще дома. «Нет, он все-таки нам не поможет», — огорчилась она, почувствовав, как тот маленький кусочек надежды, что поселился в ее сердце касаемый этого человека превратился в пыль.
— Кнуд, через час приедешь в ресторан и заберешь Сонию домой. Я сам этим займусь, — злобно ответил он, отключая связь.
Ужин в ресторане был организован командором Эцелем. Помимо членов Совета были приглашены богатые люди Таклина, а также чиновники и их жены. Сама церемония была лишь предлогом того, чтобы влиятельные люди собрались вместе. По приезду в ресторан молодоженов окружили все кто хотел лично поздравить, а затем началась программа и все расселись за столики. Сония хотела предупредить Ирину, но, как назло, их столик был далеко и никак не получалось встретиться хотя бы взглядом. Час пролетел незаметно и вот Вильос глянув на часы встал на ноги и не удосужился посмотреть, поела ли супруга, потянул ее за руку и повел на выход. На улице Вильос буквально всучил в руки Кнуда свою жену, быстро сел в стоящий возле входа авто с военными номерами и уехал в направлении загородной трассы.
— Мне нужно в уборную, — сказала Сония заглянув в глаза Кнуду.
— За нами следят, поехали домой, — тихо ответил он, почти не раскрывая рта, указав рукой на рядом припаркованный авто, на котором они приехали сюда с Вильосом.
Когда они выехали на соседнюю улицу Сония не вытерпела и спросила:
— Можно уже говорить? Зачем ты Вильосу сказал про генерала? Он поехал убивать невинного человека?
— Я думал ты хочешь попросить, чтобы я остановился, и ты могла сходить по нужде, ты ведь в уборную просилась. Или с другой целью ты хотела вернуться?
— Конечно с другой. Ты обманул нас, сказав, что не враг, а ты хуже…
— Успокойся. Все идет так как надо. Трэйн уже в курсе. У нас есть целый час, пойдешь со мной на свидание?
— Сдурел? — воскликнула она.
— Как хочешь. Я бы накормил тебя, а то, наверное, в том ресторане ты, как всегда, ни к чему и не притронулась.
Сония замерла с открытым ртом, переваривая услышанное, затем поймала смеющийся взгляд этих черных омутов, что глянули на нее в зеркало и заставили смутиться. Она резко отвернулась и придвинувшись к дверце, стала разглядывать вечерний город. Больше она не сказала ни слова, приехав домой, она быстро поднялась к себе и плотно закрыв дверь замерла на пороге комнаты. Душный аромат ненавистных росарий заполнил все пространство спальни. Они стояли повсюду. На прикроватных тумбах, комоде, трюмо и на подоконнике.
— Эваааа! — заголосила она, открывая дверь настежь.
Женщина прибежала и непонимающе захлопала глазами.
— Зачем ты поставила их в комнату? — спросила Сония обведя рукой все это безобразие.
— Это не я. Гуди, возился весь вечер с ними! — поняв в чем дело, спокойно ответила та.
— Помоги их вынести на улицу, иначе я задохнусь к утру, — со вздохом ответила хозяйка комнаты и схватив ближайшую вазу понесла ее вниз.
Быстро справившись с освобождением комнаты от источника сверхсладкого аромата, что так сильно раздражал Сонию, она распахнула окно и поспешила наконец-то снять с себя платье. Кинув его на кровать, она увидела конфеты. Много, самых разных форм и размеров, что лежали на цветастом покрывале, сливаясь с его узором. От сладкого аромата, который будто впитался в эти стены и от одного вида этих конфет ее затошнило. Оставаясь лишь в полупрозрачном кружевном нижнем белье, Сония резко развернулась и подошла к окну с желанием вдохнуть свежего кислорода. Облокотившись на подоконник, она закрыла глаза и наклонилась вперед, глубоко вдыхая ночной воздух. Вдруг услышала шорох гравия и моментально открыла глаза. Кнуд стоял возле пустой уже клумбы и откровенно пялился на ее грудь.