– Так ты меня еще больше заводишь. С Ригли так же строила из себя недотрогу?
Сония сначала не поняла, причем тут Торк и решила сразу сказать правду. Может от этого ее первый раз будет не такой ужасный как у Линн. Собравшись с силами, заикаясь, она прошептала:
– Он м-м-мой друг, у нас н-небыло н-ничего. У меня вообще не было мужчины.
Вильос замер, потом улыбнулся своей акульей улыбкой и потянулся к ней.
– Тебе ведь уже двадцать два года! Но так даже лучше. Это подарок Богов мне. Они послали мне такую чистую девочку.
С этими словами он схватил ее за ногу и потянул на себя.
– П-пожалуйста, не делайте мне б-больно, – заплакав, прошептала она.
– Больно будет совсем немного, а потом только приятно. Иди ко мне.
Сония лежала на боку лицом к стене, Вильос крепко обхватив ее за талию, прижимался всем телом к ее спине. Слез больше не было. На душе была пустота. То, что он ее не убьет, она знала точно, но за непослушание будет наказывать. И наказания у него не только рукоприкладство, а извращенный секс. То, что он вытворял все это время, это были цветочки, о своих пристрастиях и правилах поведения он рассказал несколько минут назад. Сония прекрасно понимала, что пока он занят со своим назначением, он будет приходить редко, а потом. Что будет потом, она не хотела знать. Нужно выбираться отсюда. Но как? Нужно притвориться, что полюбила этого психопата и потихоньку канючить, что бы отвез в свой дом. Там больше шансов на побег. Эти мысли ей придавали уверенности в себе и отвлекали от боли, которую он причинял ей на протяжении нескольких часов. Болело все, даже горло. Она сорвала голос, когда на последнем заходе он намотал ее волосы на кулак и дернул с такой силой, что она лишилась целого клока на височной зоне.
Сония поняла, что он заснул, так как хватка его немного ослабла, но шевельнутся, она все равно боялась, поэтому продолжала лежать и смотреть в стену. Она не знала, сколько так пролежала, но почувствовав, что затекла рука, попыталась немного поменять положение, как вдруг он проснулся, подмял ее под себя, положил сверху ногу и прижался еще сильнее, обхватил грудь и начал ее мять, потом уткнулся в шею и прошептал:
– Ты такая сладкая. Никому тебя не отдам.
Сония напугавшись, что он опять сейчас полезет на нее, решилась попросить:
– Пустите в туалет, пожалуйста.
Он убрал с нее свои конечности и, поцеловав в плечо, дал разрешение.
Сония подобрала одеяло с пола, зашла в туалет и, прикрыв плотно дверь села на унитаз. Было больно. Щипало так сильно, что она, зажмурившись, закрыла себе рот ладонью, чтобы случайно не вскрикнуть. Просидев некоторое время, она оторвала кусок ткани от той части простыни, что лежала на полу и, смочив холодной водой, начала обтирать себя. Потом ополоснула лицо и села обратно на унитаз, подложив край одеяла под стопы. Выходить и видеть его совсем не хотелось. Поэтому она завернулась поплотнее и прислонилась к стене. В этой тишине и обманчивой безопасности, которую дарила закрытая дверь, она прикрыла глаза и не заметила, как уснула.
Проснулась от непонятного звука, открыла глаза и увидела, что она лежит на кровати. Вильоса в комнате не было, а звук, который ее разбудил, это был звук закрывающейся задвижки. «Ушел», – с облегчением подумала она и села. Поморщившись от боли в промежности, быстро встала и подошла к столику. На нем был только один пакет с гигиеническими принадлежностями. А точнее: зубная паста, мыло и прокладки.
– Он нормальный вообще? Хотя, точно же нет. Где зубная щетка? Пальцем буду зубы чистить? А к чему я буду прокладки лепить? Сразу к матрасу? Хоть бы трусы, какие принес, – осипшим голосом сказала она.
Потом посмотрела на рядом стоящую бутылку с водой и маленький контейнер с картофельным пюре.
– А ложка где? Когда съем руками картошку, буду, есть эти прокладки и водой запивать. Говорил, что не убьет, да я тут сама умру от холода и голода. Или съеденная прокладка не переварится в желудке и застрянет, где-нибудь, перекрыв выход отходам пищеварения. Потом я переполнюсь и взорвусь тут, и тогда точно буду, вся его и никому не сможет отдать. Отскребать же не будет. О Боги, о чем я говорю! И почему я начала вслух сама с собой разговаривать?