- И что?
- Видишь - ленты почти одинаковые. Бейджы только немного отличаются. Повесим на шею, а их спрячем под рубашку. Или на ремень, а бейдж - в карман. В массе людей они могут не заметить разницы. Главное - уверенность и морда кирпичом. Быстро показал и в карман. Остальное сделает твой костюм Черутти и дорогая белая рубашка. Они не будут бежать за тобой, если ты "включишь" серьезного типа.
- Ну, такое, - неуверенно говорит брат. - Спорное. На грани.
- У нас есть выбор?
- Нет. Особо. А с Димой что?
- Ну, - достаю я еще один старый бейдж. - Вот. Тоже похож.
Мы все начинаем дружно хохотать.
- Бл@! Ну, и разводка! Неужели поведутся?!
Спустя несколько часов, я в новом костюме и туфлях, с фотоаппаратом в руках, вышагиваю по голубым, покрытым ковролином, ступеням, по которым, через пару минут будут идти все знаменитости. Ребята не идут на открытие. Гладят вещи. Они подтянутся потом. На фильм открытия.
Диктор объявляет звезд и гостей фестиваля. Я щелкаю их на фотоаппарат. Кто знает. Может, все-таки, придется писать статью.
Я смотрю на эту дорожку и вспоминаю, как мы с Ней тут дурачились, изображая звезд. Как фотографировались с известными людьми в Зимнем Дворце. Как общались с Жанной Фриске возле входа. Как просили номер его агента, у Федора Бондарчука и фотографировались с ним. Как Ей делали комплименты по поводу Ее платья. Это был настоящий праздник, а не фестиваль. Возможно, он так и останется самым лучшим за всю историю моих его посещений. Двадцать первый.
Церемония открытия прошла очень красочно. Ее вел Иван Охлобыстин. Сыграл на все десять баллов. Хоть я его раньше особо и не любил, но он, буквально, тут же, взял контроль над всем залом. Талант. Хоть и не умеет одеваться.
Я жду звонка от ребят. Переживаю.
- Мы - перед входом, - говорит по телефону мне брат.
- Ждите толпу и действуйте.
Спустя мгновение, Дима и брат, просачиваются сквозь многочисленную публику, внутрь зала. Отлично! Сработало!
- Только, Дима, - смеюсь я. - Ну, блин! Не уверенно ты держишься! Нагло надо идти! Могут сцапать в следующий раз.
Брат был молодцом. Туфли, рубашечка, руки за спиной, как у депутата. Не хуже Охлобыстина сыграл. Могли бы даже аккредитацию не проверять.
Мы садимся и смотрим кино. Однако меня не покидает другая мысль. Самое важное сегодня, это даже не открытие. Это - сама тусовка. После открытия. На пляже отеля. Но нас туда не пустят. Туда вход только по пригласительным. Я смотрю фильм, и не перестаю думать. Мы голодные. А там кормят. При том, очень хорошо. Плюс, там будет концерт. Вроде, Агутин сегодня. Ну, а самое главное - присмотреться к звездам и продюсерам.
Мы выходим из зала и идем к пляжу. Хотим пробить обстановку. Неутешительно. Куча охраны. Все - два на два метра. Вход - только при наличии пригласительного.
- Черт! - сажусь я на бордюр недалеко от входа. - Надо что-то делать...
- Что тут сделаешь? - улыбается брат. - Безнадёга. Мы нигде уже не возьмем билеты.
Я сижу и думаю. Должен быть же хоть какой-то выход.
- Есть идея, - говорю я ребятам. - Какой никакой, но вариант. Мы сейчас возвращаемся в зал и ищем конверты с приглашениями под сиденьями. Говорим, что обронили. Может, кто-то, действительно, обронил. Они ж все в вечерних платьях и костюмах. А конверты достаточно большие и увесистые.
Мы идем обратно к Зимнему, заходим с братом внутрь и начинаем шариться под сидениями. Я нахожу один желтый конверт. Но он пуст.
Спустя, минут десять, мы выходим на улицу. У меня слегка упало настроение.
- Не нашел? - спрашивает меня брат.
Я смотрю на его пустые руки и киваю головой.
- Ты тоже, судя по всему...
Он улыбается и достает из внутреннего кармана толстый желтый конверт.
- Да, нет! - буквально кричу я. - Реально?!
- Да. Там два приглоса.
- Ес! Мы почти сделали это!
Теперь мы можем пройти на вечеринку. Но только вдвоем. Квест продолжается.
- Что будем делать с Димой? - спрашивает брат.
Я достаю из конверта памфлет. Его титульная страница оформлена примерно так же, как и пригласительный.
- Будем действовать так же, как и с аккредитацией, - осторожно отрывая страницу от памфлета, говорю я. - Наглость. У нас нет другого выхода. Мы же не можем не взять Диму с собой. Идем втроем, в толпе. Дима - третий. Показывает небрежно, мельком. Или отдает и тут же - в толпу. Только надо поспешить. Пока толпа на входе не рассосалась.
Это - настоящий адреналин. Мы протискиваемся сквозь людей, отдаем пригласительные, пропускаем Диму вперед и тут же прикрываем его. Все. Он растворился. Мы смотрим на охранников. Они смотрят на обрывок из памфлета и, пытаясь понять что это, одновременно ищут Диму в толпе. Безрезультатно. Мы уже зацепили шаровый виски и Perrier и слились с массой.