Дальнобойщик тут же раздобыл нужный ключ, без единого слова снял колесо у Хонды и тут же поменял его на запасное, ни разу не спросив ни про модель машины, ни про волшебную краску, ни про объем ее двигателя. Ему было наплевать. Он просто делал то, что должен был сделать. Когда работа была сделана, ребята протянули ему деньги, а он лишь посмотрел на них, как на идиотов.
- Какие деньги?! - засмеялся он. - Сегодня я вам помог. Завтра - вы мне!
Как же все-таки далеки они были в своем городе от этой человеческой простоты! Как все-таки отвыкли! Глядя на мерцавшие в темноте габариты уезжавшей фуры, парни стояли и недоумевали. Внутри них стаей переживаний и эмоций роились мысли. Ведь они - были одними из тех, кто, улыбаясь, показывая большой палец, и, восхищаясь красивой машиной в движении, на дороге, так и проехали бы мимо, если бы у этой машины пробило колесо или с ней случилось бы что-то еще. Они были сыновьями новой эпохи "пофигизма" и "позерства", вместо того, чтобы оставаться обыкновенными людьми. Хоть бы и в старых, растянутых свитерах.
Минут десять они ехали молча. Без музыки и сабвуфера. А потом, почти одновременно сказали, что, обязательно помогут первому встречному бедолаге на дороге. Вероятно, они думали об одном и том же. Вероятно, им было стыдно.
Отыскав на трассе вулканизацию, Монако, всё же решил поменять "костыль" на полноценное колесо. У перемазанного парня, работавшего в свой выходной, нашлось одно. Оно было такого же радиуса, что и у Хонды, однако профиль был гораздо выше. Но Монако это не смущало. Он знал, что должен был приехать к Ней победоносно. На стильной и яркой новой машине. Ровно. Без колес от велосипеда.
Еще утром он раздумывал о том, стоило ли к Ней ехать. А теперь, посмотрев на часы и, прикинув, что они идеально успевали подъехать к Ее аптеке как раз к окончанию Ее рабочего дня, он почему-то на все сто процентов решил это сделать. Возможно, ему просто нравилась картинка, которую он нарисовал в своем воображении. Как подъезжает к Ней на остановке. Как Она удивляется тому, как же невероятно классно выглядит его новая машина. Может, даже ему представились в его фантазиях серые люди на остановке, которые, расступившись, пропускали Ее вперед, в его машину. Так же, как и в его романе.
Когда они, наконец, оказались в городе, на остановке Ее не оказалось. Она все еще была в аптеке. Монако оставил машину возле остановки и направился к Ней.
Она уже вышла на улицу и закрыла роллеты. Увидев своего парня, Она, в полной уверенности, что они больше не будут вместе, остановилась, опустила голову и достав из сумки два свернутых листа бумаги, протянула их Монако.
- Это тебе... - сказала Она. - Письмо. Я писала его весь день. Хотела, чтоб ты знал все, что я чувствую и думаю о нас.
Он очень хотел Ее обнять. Ему стоило огромных усилий не показывать своих эмоций. Он лишь, без единого слова, взял у Нее листы и положил себе в карман.
- Тебя подвезти? - после небольшой затянувшейся паузы спросил он.
- Да, - улыбнулась Она. - Я уже видела, как вы проезжали мимо. Такую машину невозможно не заметить.
В ту ночь он все-таки остался ночевать у Нее. От его обид не осталось и следа, как только он снова увидел Ее. Он снова понял, как же бессилен он был перед Ней. Как сильно любил.
В письме, которое он вытащил из своего кармана и начал читать, когда Она уснула возле него, положив голову ему на плечо, было написано о том, что он был тем единственным и лучшим событием в Ее жизни, ради которого и стоило бы жить. Она благодарила его за то, что он многому Ее научил. Вспоминала их первые дни вместе и открыто признавалась в Любви. Она написала ему, что полюбила его почти в тот самый первый день, когда он нашел Ее аптеку. Что больше и дня не могла прожить без того, чтобы не увидеть его. В этом письме Она написала все то, что он чувствовал в плане Ее отношения к нему, но то, что Она никогда бы не сказала вслух, потому что Ее характер просто не позволил бы Ей это сделать.
Папа и сын снова с сумасшедшими криками разогнали очередную группировку голубей. Монако посмотрел на часы, потом на сына.
- Мне пора, - жестом сообщил он няне, сидевшей на скамейке недалеко от них.
- Папе пора на работу, - взяв малыша за руку, произнесла она избитую фразу и кивнула парню.
Монако обнял своего сына, сделал несколько фотографий с ним и, поцеловав, направился к своей новой оранжевой машине.
Глава 24
Глава 24.
Моя жизнь снова стала до безобразия скучна. Не сказать, что в ней ничего не происходит. Наоборот. Лето прошло своим чередом. Мы веселились с друзьями, ночевали на пляже в палатках, в моей съемной квартире снова жила куча народа.