Переспать с ней было чем-то вроде... Сложно объяснить... Видимо это что-то сродни "бабским" замашкам. Парням на заметку. Если ты ревнуешь свою девушку, будучи с ней в отношениях, к какому-то типу, будь готов, что первым, с кем она переспит, будет именно он. Почему? Разве это не очевидно? Если ты ревнуешь к нему, значит, допускаешь, что он лучше тебя. Значит, допускаешь, что он сильнее, интереснее. Если твоя девушка с тобой, значит, она тебя уважает и прислушивается к твоему авторитетному мнению. С кем ей быть, в конечном итоге, если не с тем, кого ты считаешь лучше себя?
Видимо это и было основным в нашем общении с Катей. Я слушал ее длинные речи, кивал головой и даже верил в то, что мне интересно то, что она говорит. Мы общались с ней периодически по телефону. Она разошлась со своим парнем. Вроде переживала. По крайней мере, у нас с ней были общие темы. Как ни странно, мы общались чаще всего про наших бывших.
Вот и сейчас я вижу ее возле входа. Идеальные ноги в идеальной обуви на длинном тонком каблуке. Фигура, от которой хочется кричать. Золотые волосы и лукавая улыбка.
- Привет, - говорю ей я.
- Привет, - отвечает она.
- На пары все-таки пришла?
- Да. Но всего на две. Не получается на больше. Маникюр сегодня и прочая белиберда.
- У меня тоже две пары. Куда потом?
Она говорит мне направление, и я понимаю, что нам по пути.
- Давай зацеплю тебя. Подброшу домой.
- Давай, - улыбается она. - Спишемся тогда.
После пар я спускаюсь вниз, и мы снова встречаемся с ней возле входа.
- Поехали? - говорю я ей.
- Давай!
Мы садимся и едем. Общаемся о том, да о сём. Она спрашивает меня про занятия английским языком. Я отвечаю, что практикую. Она просит меня помочь. Как же я могу ей отказать!
- И когда ты хочешь начать? - спрашиваю я ее.
- Можно хоть сегодня.
Мы оба улыбаемся. Снова игра в котов и мышей. Но мы снова актеры.
- Но только английский! - настаивает она.
- Ну, а чем же еще можно заниматься с такой девушкой?! - смеюсь я. - Научу... Так, что мало не покажется. Я - профи.
- Я и не сомневалась, - тоже смеется Катя.
Она говорит мне адрес и выходит из машины.
Глава 16.1 Без жены. Без отца. Без дома.
Глава 16.1
Без жены. Без отца. Без дома.
- Лето началось, а мы все тухнем, - обняв Ее, сказал Монако. - Блин. Было бы классно куда-то сорваться. Я так устал от всего... Голова идет кругом.
Они стояли в обнимку в подсобке той самой аптеки на Фонтане. Ей очень редко удавалось приходить к нему туда. Клиентов было очень много, и Она чаще всего была на ногах. А он ждал Ее в соседней маленькой комнатке, уставленной препаратами и пачками памперсов. Иногда приходилось ждать по сорок минут, лишь бы обнять Ее в течение хотя бы минуты. Но они, тем не менее, были вместе. Он слышал Ее звонкий голос и всегда ждал Ее появления.
Она работала два через два. С восьми утра до девяти вечера. Без обеда. С какой-то стороны - сложно. С какой-то, если учесть два выходных - не очень. Сколько Она зарабатывала? Он не знал. Но в моменты, когда они оказывались в каком-либо торговом центре, Она расходилась на все деньги, которые Она, по всей логике, не могла заработать.
Для Нее было абсолютно нормальным купить китайские джинсы с непонятным названием по цене в два раза превышающей цену оригинальных Levi's лишь из-за того, что там была талия ниже, чем в каких-либо других джинсах. Монако был в шоке, а Она была выше всяких брэндов. Ей все это было абсолютно не интересно. Она не была заложницей Айфонов, Лабутэнов и прочего. Это, вероятно, тоже привлекало его.
Лишь позже, когда Ее, из-за него, перевели в другую аптеку, он узнал, сколько и как Она зарабатывала на Фонтане. Работая два через два, Ей легко удавалось зарабатывать больше тысячи долларов в месяц. У них не было кассового аппарата, и с напарницами существовал своеобразный аптечный "общак". Они приплюсовывали к каждому препарату небольшой процент, который, в конце дня, выливался в неплохую сумму. Это был один из самых дорогих районов города. Пенсионеры и дети под эту схему не попадали.
Процент, на самом деле, был очень мал. Но, если учесть те условия и интенсивность, с которой приходилось работать, он вообще был копеечным.
Большую часть денег приносили те самые наркоманы. И Ее, грубо говоря, можно были бы назвать узаконенным наркоторговцем. Она частенько ругалась на них, и они очень Ее раздражали, но именно они и составляли 3/5 посетителей аптеки и, соответственно, большую часть их "общака".
В отличие от Нее, у Монако с деньгами в тот период было не очень хорошо. Ему каждые две недели нужно было отдавать деньги на ребенка. Лето выдавалось не очень активным. Большинство учеников уехало отдыхать, и он остался один на один с Ней, с самим собой и желанием куда-то поехать вдвоем.