Но, простите, какая романтика в том, чтобы две девушки, словно дикие кошки в брачный период, дрались до пуха и перьев за молодого человека? Шерсти будет уйма, а толку ноль. Я бы вообще на месте такого парня просто оставила бы их обеих и поискала третью. Адекватную. Собственно, рано или поздно, так и бывает.
Теперь такую борьбу навязывают мне.
- Вопрос не в том, Анюта, буду ли я бороться. Вопрос в том, как долго ты еще будешь сопротивляться. Ведь исход схватки предрешен заранее, не так ли? – Оксана наклоняется ко мне. Ее накрашенное лицо приблизилось вплотную, и слова, произнесенные шепотом, звучат для меня настоящим криком. Меня начинает трясти. Еще никогда никто на свете не относился ко мне так агрессивно. Она даже не пытается скрыть своих чувств! Ей все равно, что я думаю на этот счет. Я для нее – лишь внезапная преграда на пути к цели.
- Это мы еще посмотрим. – Пунцовая краска пятнами растекается по моему лицу, полностью заливает щеки, уши и даже шею. Я так взволнована, что даже горю изнутри. Удачно, что зеркало прямо передо мной, а Оксана спиной к нему сидит. Но это все равно не помогает - я вижу, что краснею, но не могу остановить этот процесс. – Скажи, ты за него вцепилась только из-за того, что он на актера похож? Ну, этого, как там, Доусона.
- Глупости. – Оксана отмахивается от этого предположения, как от навязчивой мухи. Словно такие мелочи, как я со своими детскими и бредовыми мыслями, ее только раздражают. – Мне все равно на кого он похож. Да, собственно, это и не твое дело.
Ничего себе! Мне заявляют в вызывающей форме, что мой мальчик со мной чуть ли не последний день. Да еще это и не мое дело.
- Слушай, ты… - Я шиплю, словно змея, сквозь зубы. А Оксана вдруг начинает беззаботно смеяться. Так весело и задорно, что я моментом теряюсь. Что именно ее рассмешило? В чем дело? Мне показалось, что она говорила серьезно. Или, может, все это была шутка? Просто глупая шутка, для того, чтобы посмотреть на мою реакцию.
- Ну, как дела? Пошептались немного? – Сзади ко мне подходит Паша и ободряюще кладет руки на плечи. Я все еще с открытым ртом и даже не успеваю закрыть его.
- Анюта такой замечательный человечек! – А я уже успела забыть, каким добродушным тоном говорит с людьми Оксана. Она сейчас такая милая. Улыбается, щебечет. Неужели эту девушку я видела с такой злобной миной на лице? Не может быть! – Мы так мило поболтали. Знаешь, Дзынь, я просто мечтаю о такой подруге, как ты.
- Да ладно! – Вырвалось у меня.
Что тут скажешь? Даже мое прозвище в ее устах звучит, как скрип мела по школьной доске. Ничего себе шуточки. Я еще что-то говорила про смену собственного настроения?! Беру свои слова обратно. Этой Оксане – Алену под ручку и вперед, покорять какой-нибудь театр. Им бы любая роль удалась! На бис.
– Вот уж не думала, что такая популярная девочка, как ты, может мечтать о такой подруге, как я. – Я старалась не выдать своего скептицизма. Мне это почти удалось, по крайней мере, Паша ничего не заметил.
Может, и зря я сейчас скрываю свои чувства? Рассказать ему все, как есть. Вот только эта кукла откроет свои большие (все-таки карие!) глаза, «искренне» удивится - что это на меня нашло. Нет. Я дождусь, когда мы с Пашей останемся наедине. Может он мне и не поверит. Ведь не мог же он целых два месяца общаться с человеком и не знать, какая она на самом деле?! Но, по крайней мере, он будет предупрежден. Хотя бы раз взглянет на Оксану немного другими глазами, под другим углом. С легким подозрением.
- Я очень рада, что познакомилась с тобой. Помни, что я тебе сказала.
Когда мы возвращаемся к своему столику, Паша задает мне резонный вопрос, и я попадаю в дурацкую ситуацию. Вроде и врать ему не хочется, и правду вот так, в лоб, не скажешь.
- А что она тебе сказала?
- Да так. Ничего особенного. – Я тяжело вздыхаю, делаю равнодушное лицо. Хотя внутри все кипит и клокочет, а сердце опять стучит в барабаны. – Поболтали о «девичьем». Было очень интересно, уж поверь мне.
- У тебя такой странный вид. – Паша заботливо смотрит на меня. Куда-то вверх. Там, где над глазами и переносицей сомкнулись мои брови, в хмуром и сосредоточенном настроении. – Все нормально?
- Ага. – Я вспоминаю одно из выражений Алены для таких случаев. – Просто зашибись!
4
Теперь все мои желания сосредоточены только на одном: я хочу уйти отсюда. Глупо, наверное. Но я, во что бы то ни стало, хочу уйти отсюда. И увести с собой Пашу, подальше от всех, и главное – от этой фурии.