Вопросительно киваю головой, мол, что случилось. Алена не выдерживает и хихикает.
- Ты вслух рассуждаешь.
Елки зеленые! Тогда все понятно. Вот почему на меня так уставились. Ой, как неудобно получилось. Все, Анна Молотова, завязывайте с переживаниями, а то уже вслух сама с собой заговорила. На уроке. В голос. Караул!
- Извините. – Обращаюсь к учительнице. Она, тоже невольно, косит глаза на пустующую парту. Ну, вот. Все равно все знают, о чем я говорю. Пусть теперь знают, о чем думаю.
- Мы можем продолжать, Аня? – А вот подкалывать меня не надо. Я не из того теста, чтобы показывать всем стеснение. Могу смущаться, не спорю, но быстро беру себя в руки. Руки в ноги. О, а что? Это мысль.
- Продолжайте. – Кидаю почти повелительным тоном. На меня всегда накатывает, когда я попадаю в затруднительные ситуации. Встаю. – Я выйду ненадолго. Еще раз извините.
Перед тем, как покинуть класс, оглядываюсь. Алена подает мне какие-то сигналы руками. Вот глупая. Она бы еще флажки взяла. Все равно на нее смотрят - могла бы и в голос говорить все, что хочет. Реакция была бы такой же.
Махаю рукой. Ладно, все равно ничего не понятно - потом объяснишь. И выхожу из кабинета.
Надо отдышаться. Надо отвлечься. Надо что-то придумать, чтобы больше об этом не думать. Ой, почти афоризм. Вот какая я бываю умная! Стоит только захотеть. Например, вот еще один афоризм родился. Буквально только что. «Не живите чужими проблемами. Имейте свои». О, как!
Нет, спасибо. Лучше обсуждать чужие проблемы, чем на свои жаловаться. Хотя какие у меня проблемы? Взгляни, Анна Молотова, на это с другой стороны, с другого ракурса. Подумаешь. Твой мальчик на югах задержался - ничего страшного. По крайней мере, не смертельно. Может он там тоже весь переживает. И страдает. И скучает.
Хотя, почему тогда не звонит?
А вот это действительно странно, между прочим. За все два месяца – ни одного звонка. Ни письма, ни фото. Мог бы хоть с видами на море прислать. Чтобы я вконец обзавидовалась.
Конечно, первый месяц, как он уехал – меня вообще дома не было. На сотовый он не звонил, а вдруг на домашний? Тоже нет. Мы всей компанией на дачу к Витьке укатили, но ведь бабушка сказала бы мне, если бы кто позвонил?! Конечно, сказала бы! А она говорит, что был звонок только от мамы. Обычный, как всегда, пятого числа, и все.
Ну и как это называется? На что это похоже?
Ох, не нравиться мне это. Мало того, что мой мальчик задерживается, так от него ни ответа, ни привета. Главное, в голову-то ничего не лезет, чтобы предположить – что случилось. Варианты есть, конечно. Но все они не очень хорошие. Утопил телефон. Потерял симку. Забыл меня.
Варианты все хуже и хуже. А мне так хочется придумать хоть один для успокоения собственной души. Чем-то оправдать его отсутствие без единой весточки.
Все-все, хватит. Вот на сей раз действительно хватит.
Встряхиваюсь, словно мокрая собака и возвращаюсь обратно в класс. А то, сколько можно стоять в коридоре, подпирая плечом дверной косяк? Если бы кто следом за мной вышел из класса, то дверью попал бы мне прямо в лоб. А что? Говорят, помогает в таких клинических случаях. Сразу просветление в голове происходит.
Ладно. Обойдемся без крайних мер.
Сажусь обратно на свое место. Оглядываюсь по сторонам. Открываю тетрадь, беру ручку. Движения медленные, словно под водой, а не в воздухе. Чуть надавливаю пастой на бумагу, чтобы на белоснежных полях осталась синяя точка - и в этот самый момент звенит звонок.
Все. Мучение кончилось. УРА!
Замечательно! Потому что это был последний урок. Больше я бы просто не высидела. В моем состоянии отрешенности и равнодушия ко всему, кроме больной темы, занятия вообще противопоказаны. Я и так уже все тетрадки разрисовала пляшущими человечками.
Все человечки чем-то занимаются. Например, встречаются после долгой разлуки. Человечек с нарисованным треугольником-юбкой – девочка, без нее – мальчик. Только так их и можно отличить друг от друга. Вот они видят друг друга, обнимаются, целуются. Ходят по разлинованным полям, взявшись за руки. Разговаривают. Иногда даже спорят. Но они всегда вместе…
Тяжело вздыхаю. Вот тебе и «точка, точка, огуречик». Вся моя мечта на листах тетрадей. Такая глупая, но от этого не более реальная. Прижимаю к себе сумку и иду вперед. По правде сказать, куда глаза глядят.