- Из школы? Да, минутку. – Голос становится тише. Теперь Оксана говорит не в трубку, а куда-то мимо нее, - Паша, подойди к телефону.
Секундная заминка, и в трубке раздается знакомый голос. Мое сердце опять, так не вовремя, пропускает удар. Хотя, что я так переживаю? Я влюблена, и этим все сказано.
- Алло.
- Павел? – Я слышу, как меняется бабушкин голос. Она сердита. Она даже злиться. Все потому, что меня обижают. Но ведь Паша ни при чем! Наверняка сейчас все выяснится, и бабушка поймет, что он всего лишь жертва интриг и происков Оксаны, как и я.
Кстати, бабушке не следует так волноваться! У нее же давление, а она так за меня переживает!
– Это звонят не из школы. Это звонит бабушка Ани Молотовой. Потрудитесь объясниться, молодой человек. Хотя это и не мое дело, но тем не менее. Моя внучка звонила по этому номеру. Однако всем известная молодая особа говорит, что вас нет. Мне казалось, что это ее не касается, не так ли?
Тишина. Представляю себе Пашино лицо сейчас. Очень четко. Потому что не далее, как вчера, я его видела. Он был просто в ступоре, как и сейчас, наверное.
- Извините меня, пожалуйста. Я не должен был позволять ей снимать трубку. – Паша говорит тихо, виновато. Мне сейчас так его жалко. Он действительно попал в глупейшую ситуацию. – Можно мне Аню.
Я рвусь к телефону. Радостная, веселая. Но бабушка останавливает меня властным жестом. Не понимаю. Если она так помогает мне, то почему сейчас не дает мне поговорить с Пашей. Я хочу с ним поговорить! Но не могу же я силой пробиваться к телефону? Тогда я начинаю тихо канючить. Тихо, потому что не хочу, чтобы это было слышно на том конце провода. Не хватало еще, чтобы кто-то узнал, как я способна унижаться.
Но бабушка непреклонна. Она даже ничего не объясняет мне, словно меня нет рядом! Она просто говорит по телефону - с моим парнем, между прочим! Ничего себе.
- Хотите с ней поговорить, Павел Баранов? Придите лично. Все. – Трубка возвращается на рычаг, а бабуля поворачивается ко мне. Не знаю, что там у меня сейчас на лице написано, но видимо, ничего хорошего.
- Да не смотри ты на меня так, Аня! – Один из самых близких мне людей только что не дал мне поговорить с другим близким человеком, накричал на него и повесил трубку. Как я должна смотреть?! – Ты сейчас не понимаешь. Ладно. Просто поверь, что так лучше.
- Чем? – Мой голос дрожит. Предательский голос. Предательские глаза, которые начинают слезиться. И вообще весь мир сделан неправильно, раз в нем такие вещи происходят. Но я все еще хочу разобраться. Хочу услышать объяснения. Хотя очень-очень обижена. Очень.
- Ему сейчас надо быть в боевой форме. В таком настроении, чтобы поставить, наконец, на место эту наглую девчонку. Если бы я дала вам поговорить, он бы снова размяк, отек и не сумел бы и грубого слова сказать. Я что, не права?
Мне хочется поспорить, но я не вижу в этом смысла. Да, она права.
- Вспомни себя. Когда ты с ним, то не способна и муху обидеть. Ты счастлива. Весь мир в эти минуты превращается для тебя в один большой кремовый пирог. Я не права?
Да-да, права на все сто. Я стою, соплю носом, дую губы и щеки. Но сказать мне нечего. Все слова бабушки – правда.
- Так что, поверь мне, так лучше. Сейчас он отчитает эту Оксану. Скажет ей все, что о ней думает. А потом прибежит сюда. Можешь мне поверить, не пройдет и десяти минут.
Я поверила. Все эти минуты сидела, как на иголках, подскакивала с табуретки всякий раз, когда слышала любой звук. Каждый гудок машины, каждый скрип тормозов, напоминал мне дверной звонок. Эти десять минут показались мне вечностью. Однако они тоже не прошли зря. Мы с бабушкой обсудили еще один очень важный вопрос. Честно говоря, я даже не подумала об этом, но от бабули ничего не скроется. Она всегда добивается того, чтобы все факты идеальными кусочками стыковались друг с другом, складывались в результате в общую картину событий.
Ей бы мисс Марпл в фильмах играть. Все она видит, все знает. Обо всем имеет свое мнение. Порой я просто ею восхищаюсь!
- Как думаешь, а почему он сам тебе не позвонил, когда пришел со школы?