Поэтому новое и очень выгодное назначение оказалось для графа весьма кстати. Друзья, не забудьте посмотреть на главной странице книги буктрейлер! Надеемся, он вам понравится! Пишите свое мнение в комментариях!
Глава 40. Письмо (от автора)
— Итак, дорогая мадам де Сен-Дени, я могу рассчитывать на ваше благоразумие?
Голос герцога вывел Этель из оцепенения. Монсеньор не был высоким, но Этель почувствовала себя так, словно на нее надвигается некая неотвратимая и опасная глыба, которая того и гляди раздавит. Она с ужасом поняла, что его любезная улыбка и добродушный взгляд голубых глаз оказались всего лишь карнавальной маской, за которой скрывается расчетливый и хитрый хищник.
Еще утром Этель почувствовала себя разбитой, будто бы проснулась уже уставшей от какого-то непосильного груза. Нет, это не было вызвано болезнью или ухудшением состояния из-за беременности. Напротив, физически она ощущала себя вполне сносно. Но непонятная тревога уже свила гнездо у нее в груди и неприятно колола.
Что-то случилось с Эженом? Она не видела его несколько дней, потому что муж начал контролировать каждый ее шаг и встретиться с любимым пока не представлялось возможным. Но Арлетт в любом случае нашла бы способ сообщить о проблемах с Эженом, если бы они случились. По крайней мере, Этель так думала, потому что в последнее время очень подружилась с сестрой своего возлюбленного.
Графиня была рассеянна за завтраком и пожаловалась своей тетушке Сове на тревожное состояние.
— Этель, дорогая, в вашем положении тревожность может возникать по любому поводу, — Полин де Кур никогда не была беременной, но на ее глазах прошло столько беременностей бесчисленных сестер, племянниц и даже их дочерей, что она уже читала себя сведущей во всех тонкостях этого длительного процесса.
Она принесла для Этель нюхательной соли и продолжила:
— Вам нужно побольше гулять на свежем воздухе. Вот сейчас закончим завтрак и пройдемся, хорошо?
Но сразу после завтрака в дом графа де Сен-Дени прибыл посыльный с приказом немедленно прибыть в Версаль для аудиенции. Вместе с супругой.
Последнее обстоятельство сразу же встревожило Этель. «Вот оно! — подумала она. — Недаром с самого пробуждения мне было не по себе.» Она не ожидала ничего хорошего от этого визита, сама не зная, что заставляло ее так думать.
Ее муж, напротив, был чрезвычайно доволен, потому что понимал, что с новым назначением он должен будет получить и новые наставления от короля, для которого дипломатические отношения с Англией всегда были чувствительным моментом. Он не совсем понял, для чего он должен бы захватить с собой супругу, но не придал этому большого значения: вероятно, все дипломаты прибудут с женами.
По прибытии в Версаль граф де Сен-Дени практически сразу был вызван, но не к королю, как он ожидал. Его ждал для разговора Монсеньор.
— Дорогая, тебе придется поскучать здесь немного без меня, — заботливо склонился над Этель муж. — Или можешь присоединиться к другим дамам, вам наверняка найдется, что обсудить из модных веяний или посплетничать о мужьях.
Но скучать Этель пришлось не более четверти часа. Вскоре появился ее муж, который показался ей еще суровее, чем обычно. Он взял Этель под локоть и сжал его чуть сильнее, чем требовалось.
— Монсеньор хочет поговорить с тобой, Этель.
— Со мной? — женщина несказанно удивилась, потому что не видела ни оной причины у брата короля для беседы с нею.
— Да, ступай. Я буду ждать тебя здесь.
Этель робко вошла в кабинет Монсеньора. Он сам, видный брюнет с роскошной гривой темных волнистых волос и пронзительными голубыми глазами, небольшого роста, который он умело скрывал при помощи обуви на довольно высоких каблуках, стоял у окна, заложив руки за спину.
— Мадам де Сен-Дени, нам нужно поговорить, — тут же без предисловий заявил герцог.
— Да, Монсеньор, — Этель растерялась, но постаралась не подать вида.
Через некоторое время она уже сидела на стуле и слушала, как герцог с плохо скрываемым раздражением объясняет ей, что она должна сделать и почему. Этель не могла поверить, что все происходит с ней наяву.
— Мадам, я должен предупредить вас, что речь пойдет о нашем общем друге, который находится в большой опасности. Я говорю о виконте де Ирсоне. Он оказался замешан в дело, которое я считаю фатальной ошибкой, но государство может расценить его не иначе как преступление.