— Это слишком рискованно!
Эмили делает ударение на каждом слове. Она не отступит — так же, как и я.
— А сидеть, ничего не делать и ждать удара Элизабет — не рискованно?! — кричу я в ответ.
— Эй-ей, успокойтесь, — вмешивается Джейкоб, но мы обе смотрим на него с таким выражением, что он замолкает.
— Мы найдём другое решение, — говорит Эмили, качая головой, будто
моя идея абсолютно нелепа.
— Сколько ещё мы будем притворяться? Другого решения может и не быть, а у нас мало времени. Посмотри на нас!
Джереми поднимает голову, но я указываю лишь на нас с Корвусом; он и так выглядит достаточно удрученным.
— Знаешь, Эмили, возможно, Абигейл права, — негромко произносит Корвус.
Она раздраженно наклоняет голову набок и смотрит на него взглядом, который говорит: «Серьезно?», затем сжимает виски и качает головой.
— Дело не только в вас, разве вы не понимаете? Изменение прошлого может иметь ужасные последствия. Для всего человечества.
— К чёрту человечество! Почему я должна быть менее важной, чем другие? Что «человечество» когда-либо сделало для меня?
Это было последней каплей, и я взрываюсь.
Почему я должна за всё отдуваться? Почему все камни должны лететь именно в меня, а у меня даже нет шанса пригнуться?
Пусть теперь другие всё расхлёбывают!
— Ты ведешь себя неразумно, — обвиняет меня Эмили, но мне всё равно.
Я устала быть хорошей и правильной, позволяя другим одерживать надо мной верх. Когда-нибудь мне надоест вся эта хрень!
— Не могли бы вы, дамы, успокоиться, пожалуйста? Вы обе ведете себя как маленькие дети!
Корвус тоже повысил голос.
Моё сердце колотится. Я больше не позволю собой помыкать! Я вся покрылась испариной. Я сыта по горло, просто сыта по горло!
— Нет! Вы выслушаете меня…
Мой голос прерывается, а сердце болезненно вздрагивает. Я не могу сделать вдох. Что происходит?
— Абигейл?! — Корвус подхватывается и бежит ко мне.
Я хватаюсь за грудь, но ничего не помогает. Я отчаянно пытаюсь глотнуть воздуха.
— Черт возьми, помогите мне! — в панике кричит Корвус, его глаза тут же наполняются слезами, а мое сердце разрывается при виде этого зрелища. — Только не сейчас! Не снова! Нет!
Я выгибаюсь дугой в его объятиях. Моя кровь кипит, а зрение затуманивается.
— Это трансформация! Она убивает тебя!
Я слышу искажённый голос Эмили.
Трансформация? Почему я? В конце концов, этого просто не может быть; я была человеком-вороном всего несколько часов.
Моё тело сопротивляется, отказываясь трансформироваться.
Это убивает меня. Я знаю, что Эмили права.
* * *
— Абигейл?
Меня будят чьи-то сдавленные рыдания, и я тотчас открываю глаза.
И вот я снова лежу на кровати в особняке Корвуса. Когда я встречаюсь с ним взглядом, он вымученно улыбается.
Корвус сидит на покрывале, склонившись надо мной.
— Мы должны перестать так встречаться, Корвус, — усмехаюсь я, хотя мне не до шуток.
— Не смешно, Аби. Не смешно…
Но он все равно смеется и качает головой со слезами на глазах.
— Я думал, что потерял тебя. Сколько раз ты еще собираешься меня так мучить?
Я сглатываю комок в горле. Во рту пересохло, как в пустыне, а под веки словно насыпали песка.
— Прости, — тихо бормочу я. Ведь я тоже не понимаю, как себя вести.
— Эмили согласна, — он кинул взгляд в окно, где уже вовсю светило яркое солнце.
— Правда? И почему она передумала?
— Ты была в коме около двух дней. Джереми за это время ни разу не трансформировался. Что-то пошло не так, и она поняла, что у нас мало времени.
Он говорит «у нас», имея ввиду и себя. Похоже, так оно и есть. Его лицо с каждым днем выглядит всё менее человеческим, и я боюсь даже представить, сколько времени у него осталось.
Или у меня.
— Отлично. Когда приступаем? — уточняю я, вставая с кровати.
У меня тотчас темнеет в глазах; похоже, я ещё не до конца пришла в себя.
Корвус тоже встает с кровати и быстро подходит ко мне.
— Подожди… Есть ещё кое-что, что тебе нужно обязательно знать. Наверно, это тебя шокирует…
— Знаешь, Корвус, я сомневаюсь, что что-то в этом мире ещё сможет меня шокировать.
Но когда я прохожу мимо зеркала и мельком вижу своё отражение, из меня словно выпускают весь воздух, и я надрывно кричу.
Глава 3. Парадокс
Мои черты лица заострились, глаза стали кроваво-красными, а острые зубы торчат из-за губ. Теперь я больше похожа на зомби, чем на человека-ворона. За исключением перьев на руках и ногах, которые сразу бросаются в глаза и прочно сидят на месте. Они слились с моей кожей, словно росли там всю жизнь.