До самого русла речки Монте Сано я не пошел. Сверился с картой «пип-боя» и свернул налево чуть раньше, где железнодорожная ветка проходила вдоль окраин бывшего завода по выпуску пластиковых изделий. Идти по шпалам удобнее, чем тащиться вдоль извилистого берега речушки. В самом ее широком месте до противоположного берега было ярдов двадцать, несколько ручейков-притоков делали эту местность не слишком удобной для пешего похода. Лучше уж обойти посуху, по высокому месту, откуда открывался отличный вид. Пропустить место, названное Рунако запрудой, я бы при всем желании не смог.
По мне, так это больше походило на останки какого-то старого бетонного сооружения, делившего речку на два фрагмента. То, что когда-то представляло собой часть русла в нижнем течении и устье, сейчас превратилось в узкий вытянутый залив Миссисипи, где стояли две больших гребных лодки. В них, помимо сидевших на веслах гребцов, находилось несколько человек в кожаной броне. По запруде прохаживался высокий темнокожий мужчина в крабопанцирном жилете, что намекало на относительную безопасность ношения этого доспеха на северо-западной окраине Батон-Руж. Теперь и мне можно было надеть на себя броньку, а не тащить ее в руках, завернутой в спортивную куртку.
При ближайшем рассмотрении выяснилось, что мой жилет, по сравнению с доспехом гулявшего по запруде человека, выглядел как скромный пиджачок рядом со смокингом. Тот бронежилет явно создавался для парадных целей, и при его изготовлении использовались самые вычурные части панциря краба. Наплечные детали и обруч вокруг шеи украшали шипообразные выступы, мелкие пластинки панциря на груди и животе располагались внахлест, наподобие рыбьей чешуи. Сразу стало ясно, что по степени защиты этот жилет уступает моему в несколько раз, зато выглядел он просто шикарно.
– Охотник? – вместо приветствия поинтересовался мужик. – Плачу по тридцать крышек за рейд. За добытые трофеи расчет по отдельному тарифу. Не возражаешь, брат?
О расценках я понятия не имел, поэтому кивнул, соглашаясь. Собеседник не представился, но раз уж предстояло общаться с людьми в незнакомом коллективе, разумнее всего было начать со знакомства. Вот только имени своего настоящего лучше не называть, мало ли чего.
– Меня зовут, Джек. Как обращаться к вам, сэр?
Он нахмурился, окинул изучающим взглядом. Видимо, повел я себя не совсем так, как привыкли эти люди, и за своего сойти здесь будет непросто. Лишь бы не стали допытываться, зачем решил заняться тем, в чем слабо разбираюсь.
– Ты, что ли при гувернантке вырос? Скучно стало в богатом доме, поэтому в охотники подался? Как еще не раскланялся… Мы тут редко по именам друг к другу обращаемся. Мозгов не хватит, запоминать, как кого зовут. У всех прозвища. Глянул на человека и сразу понятно, как его называть. Ты будешь – Скинни, потому что тощий, почти как гуль. Я для всех здесь Босс. Если скажешь: Биг Босс, не обижусь. – он засмеялся, но глазами еще обшаривал меня снизу доверху, видимо, не принял пока окончательного решения.
– Я в деле, Босс. Не буду врать, что обладаю охрененным опытом. Если поставишь рядом с бывалым охотником, не подведу.
– Окей, Скинни. – было заметно, что эти слова пришлись ему по душе. – Прыгай вон в ту лодку. За старшего у нас Старик. Если будешь его слушаться во всём, то вернешься назад к своей гувернантке целым и невредимым, да еще с кучей впечатлений в придачу. Будет, что рассказать девчонкам в баре.
Похоже, он принял меня за молодого богатого бездельника, решившего поучаствовать в опасном мероприятии только ради того, чтобы развеять скуку. Не знаю, насколько часто здесь появляются подобные персонажи, мне-то все равно кем будут считать, лишь бы не задавали неудобных вопросов. А их я ожидал с минуты на минуту, едва увидев Старика. Сразу же вспомнил, что заметил его среди других охотников на полузатопленной барже, к которой причаливал наш плот по пути в Батон-Руж. Именно Старик переговаривался с Дохляком по поводу пропавших без вести людей.
Сейчас я смог разглядеть его лучше, отметив про себя, что такое количество разнообразных шрамов на лице и руках не могло появиться у человека, избегающего опасностей. По видимому, Старику приходилось бывать в серьезных переделках, и то, что он был до сих пор жив, говорило об умении выходить победителем из сложных ситуаций. Рядом с таким человеком можно чувствовать себя спокойно, если только самому не облажаться по-крупному. Тогда не поможет, ни опытный товарищ, ни хорошее защитное снаряжение, ни оружие. Опасения, что буду сейчас узнан, оказались напрасными. Старшина охотников взглянул на меня мельком, спросив только о припасах и питьевой воде.