– Доброе утро граждане самого прекрасного в мире города под название-е-е-м… – радиоведущий сделал паузу, а затем выкрикнул: – Батон-Руж! Да! Господь сохранил это место, чтобы мы сейчас наслаждались жизнью в самом безопасном и комфортном городе на паланете! – Он так и произнес: «паланете», смешно растягивая гласные и, временами, добавляя лишние в хорошо знакомые слова. – С вами снова я, диджей Данди! Дамы и гасопода, спешу сообщить вам радостную весть о том, что великий трон нашего славного города пустовал недолго. Господь явил нам своего избранника, которым ста-а-а-ал… – на этот раз пауза затянулась дольше, и было слышно, как вибрирует в напряжении горло ведущего: – король Луи, шестьдесят вто… о… э… Прошу прощения, дамы и гасопода, я так счастлив, что не могу выговорить с первого раза. Итак, да здравствует король Луи шестьдесят третий! – заиграла бравурная музыка, но микрофон в студии не отключили, и если прислушаться, то можно было разобрать, как Данди кого-то отчитывает: – Какого хера ты подсовываешь мне устаревшие данные? Это же непрофессионально и вредно для здоровья! Представляешь, что бы с нами сделали, назови я другой порядковый номер?
– Кто бы говорил мне о профессионализме! – возразил ворчливый женский голос. – К твоему сведению, прямой эфир с нашим участием продолжается до сих пор.
О пользе свинцовых трусов
Жаль, что я проспал рассвет. Так хотел взглянуть, как восходит над тропическим лесом солнце, но когда вспомнил об этом и высунулся из трейлера, то понял, что опоздал. Ночью прошел ливень, оставивший после себя много дождевой воды. Помня наставления Вонючки, я решил перед употреблением воду прокипятить, но все дрова в округе оказались отсыревшими, и развести костер не представлялось возможным.
Зато пить хотелось до невозможности, а выбор был небогатый. Либо довоенная Нюка-Кола, вкус которой уже успел разочаровать, либо дождевая водица. Я долго смотрел на лужицу, скопившуюся в углублении искореженного куска кровельного железа. Вода казалась чистейшей, ничем не пахла, оставалось только рискнуть и попробовать ее на вкус. После первого же глотка прислушался к себе, ожидая сообщение «пип-боя» о поступившей в организм радиации. Но голос в голове молчал, и это обнадеживало.
Запасся водой в дорогу и тронулся в путь. Вспоминая о том, как вчера потел на жаре, решил отдыхать в полуденное время, а продвигаться по маршруту в утренние и вечерние часы. Гуль рекомендовал после Герли свернуть на 68-е шоссе, которое южнее проходило через восточную окраину Джексона. Характеристика, данная этому месту вчерашним партнером по бизнесу, не радовала. К городку следовало приближаться в темное время суток, чтобы не быть замеченным рейдерами. Измерив расстояние на экране «пип-боя», выяснил, что в этом отрезке пути всего шесть миль.
Я добрался бы туда быстро, но об окраинах Джексона имел представление только на основании карты, а еще требовалось найти безопасное место, чтобы переждать там до вечера. Не лучше ли было прогуляться по окрестностям? Выставив масштаб карты на максимум, стал изучать местность южнее Герли. Нашел перекресток 10-го шоссе с 19-м, который настоятельно не советовал посещать Вонючка, и на полпути от перекрестка до Джексона заметил группу строений, обозначенных на карте как «Вилла Фелициана. Медицинский комплекс».
Судя по условным знакам, там должна быть оборудована площадка для приземления винтокрылов, до войны использовавшихся для срочной доставки пациентов по воздуху.
«Вдруг, какой-нибудь летательный аппарат сохранился. Вот бы посмотреть. Одно дело видеть авиатехнику на экране телевизора, и совсем – наяву. Если бы медкомплекс считался опасным местом, гуль наверняка бы об этом рассказал».
Безымянные грунтовые дороги, отмеченные на карте «пип-боя» в окрестностях Герли, за двести лет полностью покрылись травой и кустарниками. Заботливо обихоженные мелкие озерца превратились в заросшие высокой травой болота. От полей, где когда-то возделывалась кукуруза, не осталось и следа, все без остатка поглотили дикие заросли. Я пробирался через них, не глядя на карту, ориентируясь только по сторонам света. Держал направление на юг, и не особенно беспокоился, что промахнусь мимо Виллы Фелициана.