Никаких ценных вещей здесь просто не было, зато они отыскались в соседней комнате. На столах, как на выставке, лежало разнообразное оружие и патроны к нему. Несколько видов пистолетов, включая образцы кустарного производства, собранные из кусков водопроводных труб, соединенных между собой посредством грубой сварки. Я повертел в руках тяжелое, покрытое ржавчиной оружие, стволы которого оказались совершенно гладкими, без всяких признаков внутренних нарезов. Точность стрельбы и дальность полета пули наверняка оставляли желать лучшего.
Один из десятимиллиметровых пистолетов был оснащен коллиматорным прицелом, который я с удовольствием позаимствовал для себя. Стандартное крепление позволяло без проблем произвести установку коллиматора на автоматический пистолет. Сгреб со стола все патроны «10 мм», увеличив носимый боезапас более чем вдвое. Хотел уже покинуть комнату, но обратил внимание на два бинокулярных микроскопа, и еще какую-то медицинскую технику, стоявшую на столе у окна.
Всегда имел слабость к оптическим приборам, поэтому скрутил с них все, что только мог с собой унести. Опыт изготовления зрительной трубы уже имелся, а обладая хорошими линзами и навыком, можно попробовать соорудить оптический прицел. В этом давно сошедшем с ума мире подобное приспособление было необходимо каждому.
* * *
Вблизи винтокрыл выглядел величественно, как и полагалось солидной довоенной технике. Впечатление не портило даже подломленное шасси, отчего машина завалилась на левый бок. Аппарат, наверное, и взлететь бы мог, если бы я знал, каким образом завести двигатель и как управлять винтокрылом в полете. Получил обалденные впечатления, просто посидев в кабине, которая показалась несколько иной, чем те, что раньше наблюдал на экране телевизора.
Отсутствовало крепление бортового оружия, в качестве которого должен был использоваться облегченный вариант шестиствольного пулемета под названием «Микроган». Зато в кабине присутствовали полозья для носилок, и по совокупности признаков выходило, что данный винтокрыл являлся санитарной машиной, предназначенной для перевозки раненых солдат. С сожалением оставив кресло пилота, я принялся обшаривать шкафчики и выдвижные ящики.
В них отыскалось несколько шприцов-стимуляторов, набор противорадиационных таблеток, а под креслом второго пилота нашелся небольшой алюминиевый кофр с таким примитивным замком, что изготовителем его, наверное, был ребенок. Внутри чемоданчика лежало странное устройство, напоминавшее оружие тем, что имело ствол, пистолетную рукоятку и прикрытый скобой спусковой крючок. Но на этом сходство и заканчивалось. Затвор, как таковой – отсутствовал, без единого пятнышка ржавчины ствол, длиною в фут, нарезов не имел, хотя и отличался высоким качеством изготовления.
Странное устройство оказалось однозарядным и, похоже, действовало по принципу пневматического оружия. При опускании подвижного ствола взводилась пружина, с нажатием на спусковой крючок она освобождалась и толкала вперед поршень, нагнетавший воздух в ствол. У нас в убежище было несколько духовых ружей, бесшумно метавших маленькие свинцовые шарики. Любимое развлечение подростков, упражнявшихся в стрельбе по мишени, размером с донышко от стакана.
Калибр найденной пневматики оказался приличным, никак не менее десяти миллиметров. Раздумывая над тем, что за метательный снаряд мог здесь применяться, я обнаружил у кофра еще одно отделение, заполненное небольшими оперенными алюминиевыми капсулами. У каждой из них сквозь пластиковый полупрозрачный защитный колпачок была видна короткая косо срезанная игла.
Из краткой инструкции к боеприпасам сумел понять, что передо мной инъекционный пневматический пистолет, предназначавшийся для оказания экстренной медицинской помощи раненым, прямой доступ к которым по тем, или иным причинам оказывался затрудненным. Чтобы облегчить последствия ранения, медик должен был выстрелить капсулой с соответствующим медикаментом в незащищенную спецсредствами часть тела солдата.
Вонзившаяся в раненого игла пробивала еще и внутреннюю мембрану капсулы, после чего лекарство самотеком поступало в организм. Дальность эффективной стрельбы составляла около ста футов. Метательный снаряд-шприц стабилизировался в полете при помощи оперения из четырех лепестков. В комплекте шло дозирующее устройство, с помощью которого капсулы заполнялись лекарственным средством, а также создавались условия для его подачи под давлением.