В небольшой комнате насчитал с дюжину металлических бочек желтого цвета, отмеченных черными треугольниками, означавшими: «Осторожно! Радиационная опасность!». Насколько мне было известно, процесс захоронения контейнеров с ядерными отходами до войны контролировался федеральной службой по надзору за оборотом расщепляемых материалов. И такие вот бочки не подлежали складированию в подсобных помещениях медицинского учреждения. Сами они сюда попасть никак не могли, из чего следовал вывод: кто-то наплевал на закон, поставив под угрозу здоровье персонала и пациентов.
Уровень пола понизился, и под ногами захлюпала вода. В помещении, наполовину заполненном ржавыми металлическими емкостями, соединявшимися друг с другом сложной системой труб, мох не рос, и пришлось воспользоваться подсветкой «пип-боя». Между баками сразу же заметил лежавшего навзничь человека, скорее даже гуля, судя по сморщенной, желтого оттенка коже. Вероятно, он не сумел выбраться, и тем самым обрек себя на смерть. Чуть поодаль лежал еще один несчастный, которому удалось пережить ядерную войну, но волею судьбы ему было уготовано погибнуть от истощения в больничном подвале.
Стрелка компаса показывала строго на север, значит, я уже миновал половину запланированного маршрута. Впереди тянулся длинный прямой коридор, преодолеть который ничего не мешало в ускоренном темпе. Так хотелось побыстрее покинуть это неприглядное место, что не боялся оступиться и упасть. Вот и рванул вперед, будто огромный светлячок, ненадолго выхватывая из непроглядного мрака стены подвала, вновь погружавшиеся во тьму за спиной. Тело очередного гуля увидел ярдах в пяти от себя, на большее расстояние подсветки «пип-боя» просто не хватало.
Принял влево, чтобы не наступить на раскинутые в стороны руки, и в последний момент заметил, как мертвец поворачивает в мою сторону голову. В полыхнувших желтым оттенком глазах не было ни единого проблеска мысли, а скрюченные пальцы уже тянулись к моей ноге, с намерением остановить беглеца. Я скаканул вперед так, как никогда в жизни еще не прыгал, но проблему это решило только отчасти. На бегу достал пистолет и обернулся, переключившись на вкладку «боевой режим».
«Рекомендована стрельба короткими очередями по конечностям цели на уровне коленного сустава. – Сообщил «пип-бой». – С незначительным выносом точки прицеливания по ходу движения противника. Расчетная точность попадания около сорока процентов».
Так я и поступил, разорвав выстрелами гнетущую тишину подвала Психиатрической лечебницы. Дикий гуль, успевший с места набрать приличную скорость, зарычал, рухнул на пол и пополз вперед, отталкиваясь только руками. Наверное, стоило проявить милосердие и окончить его дни на этом свете, то бишь, в наполненной радиоактивным излучением темноте подземелья. Пока я размышлял, насколько гуманным окажется этот акт, со стороны смежного с коридором помещения раздались утробные звуки вперемешку с кашлем.
Из дверного проема показался еще один гуль, и его рефлексы оказались гораздо лучше, чем мои. Заметив потенциальную добычу, он просто прыгнул, растопырив руки, как будто увидел хорошего друга, которого жаждал обнять при встрече. Такой фамильярности по отношению к себе я допустить не мог. Отступил на шаг в сторону, отклонив насколько возможно корпус, и встретил не в меру общительного господина градом пуль. Едва отгремело эхо выстрелов, как стало ясно, что подвал только казался пустым. Звуки стрельбы пробудили ото сна с десяток, если не больше, диких гулей, которые тут же отправились на поиски пропитания.
Пришлось позабыть о милосердии. Тратить патроны на недобитого противника – затея глупая, скорее, даже – самоубийственная. Не стал дожидаться, пока здесь соберутся все местные гули, и поспешил дальше своим маршрутом, держа пистолет наизготовку. Еще бы магазин патронами пополнить, но в тот момент я совершенно забыл о необходимости следить за расходом боеприпасов.
«Поверните направо. – посоветовал навигатор «пип-боя». – До места назначения шестьдесят ярдов».
Гули атаковали с двух сторон одновременно, заставив заорать от страха, настолько неожиданным оказалось нападение. Правый противник преуспел больше, и вцепился в руку с оружием раньше, чем я успел его применить. Ничего не оставалось делать, как выхватить из сиськокармана обрез и разрядить его в голову левого гуля. А правый уже решил начать трапезу, но, долгий жизненный опыт не научил поедателя человечины простому правилу: добычу перед едой следует чистить от доспехов.