«Проще всего это сделать, когда начнется стрельба, – размышлял я, шагая вслед за светловолосым бандитом, – но тогда есть риск получить пулю от Стрелков. Либо придется прикинуться раненым, или даже убитым. В любом случае, действовать буду по обстановке».
Я очень надеялся, что всю эту шайку перестреляют, когда они станут штурмовать забор, но ожиданиям не суждено было сбыться. Едва выглянув над краем ложбины, понял, что с этой стороны защитники города нападения не ожидали никогда. Заграждения вдоль Коммерс-стрит присутствовали, но совершенно не напоминали укрепления, возведенные в том месте, где через город проходила 61-я автомагистраль. Преодолеть скромный заборчик возле отеля труда не составляло. Так и произошло. По команде главаря, бандиты побежали вперед, и им понадобилось всего несколько минут, чтобы оказаться внутри огороженного периметра.
За мной никто из рейдеров не наблюдал, я и потихоньку начал подыскивать место, где можно будет спрятаться, когда раздадутся первые выстрелы. Стрельба действительно началась, хотя нападавшие стали падать с ног еще раньше, чем их настигли первые пули.
– Что-то херово мне совсем, – простонал один из бандитов, споткнулся на бегу и скорчился на асфальте, подтянув ноги к животу.
Я склонился над ним, прикидывая, как бы улечься рядом, чтобы иметь укрытие от пуль, и внезапно сообразил, что человек уже не дышит. Неподалеку лежали те, кто еще подавал признаки жизни, но таких с каждой секундой становилось все меньше. Светловолосый главарь, похоже, был крепче остальных, потому что до сих пор стоял на ногах и буравил меня пронзительным взглядом:
– Ты чем нас напоил, щенок?
В этот момент с крыши отеля раздались возгласы, и началась стрельба. Рейдера шатало, с его лица ручьями тек пот, но оружие светловолосый из рук не выпустил и сейчас пытался навести на меня гладкоствольный револьвер. Я не стал дожидаться, пока он это сделает, просто разрядив в опухшее лицо обрез.
«Убивать, оказывается, легко. Достаточно представить, что перед тобой обжора-рабовладелец. Надо же, а кровь у него такого же цвета, как и у меня, но на омерзительной морде цвета личинок гигантской гадкой мухи, смотрится ярче».
– Эй, ты! – послышалось откуда-то сверху. – Пушку бросай! Руки к небу, и замри!
Конфликтовать с защитниками города я не хотел, поэтому безоговорочно выполнил требование, даже взглянув, откуда исходил голос. А из дверей отеля ко мне уже направлялись люди, одетые в форму защитного цвета, покроем напоминавшую довоенное армейское обмундирование.
* * *
В первый момент казалось, будто командир Стрелков – родной брат убитого мной рейдера. Те же светлые, но в меру грязные волосы, лицо, хоть и не опухшее, но выражением мало отличавшееся от бандитского. Разве, что старше он выглядел. Недолгое знакомство с рейдерами показало, что различать белых людей по лицам – задача сложная. На Стрелков это правило тоже распространялось, проще было запоминать их по голосам, чем по физиономиям.
Командир внимательно меня оглядел, задержал взгляд на «пип-бое», хмыкнул и, протянув указательный палец к моему лицу, оттянул нижнее веко сначала на одном глазу, затем на другом. Не удовлетворившись этим, потребовал открыть рот и высунуть язык.
– Так ты говоришь, Билл, что это он завалил последнего, еще державшегося на ногах рейдера? – Спросил командир, глядя куда-то мне за спину.
– Да, босс. – ответил уже знакомый голос с хрипотцой. Совсем недавно этот человек предлагал бросить оружие и не шевелиться. – Из обреза мочканул. В упор, хладнокровно.
– Такая же шваль, как и те мрази. Шлепнуть его, да и дело с концом.
Похоже, за моей спиной в комнате на втором этаже отеля находился еще кто-то.
– Чем парнишка тебе не угодил, Брайан? – задал вопрос командир. – По нашим, как рассказывают очевидцы, вроде бы не стрельнул ни разу, только по своим. Уже интересно.
– Рожа его не нравится. – немедленно откликнулся тот, кого назвали Брайаном.
Светловолосый Стрелок усмехнулся, но глядел при этом на меня:
– Расистские выходки не к лицу бойцам нашего подразделения.
– Какой же это расизм, лейтенант? – в голосе Брайана послышалась обида. – Просто рожа его черная не нравится, только и всего.