– Да, сэр.
– Это человеческие голоса. Звучит невероятно, правда?
Еще бы! С его слов выходило, что какие-то таинственные люди пользуются плодами нашего труда, забирая себе самые лучшие овощи. Получается, нас обманывали на протяжении двухсот с лишним лет, держа в неведении, как…как рабов. Мистер Томас рассказывал нам об историческом периоде, когда одни люди использовали принудительный труд других для своего обогащения. Это было отвратительно и бесчеловечно. Учитель рассказывал, что рабов воспитывали для такой жизни с детства, они не представляли, как это – быть свободными. По мнению мистера Эбернати, мы ничем от них не отличались.
– Вы сами слышали эти голоса, сэр?
– Да, Джеральд. Слышал. Люди обсуждали очередную поставку овощей. Из чего можно сделать вывод, что за стенкой существует еще одно убежище, и обитающие в нем люди питаются лучше, чем мы сами. А нас держат в неведении. Если не сказать жестче: в дураках.
– Зачем?
– Если бы я это знал… Мне уже поздно заниматься тайной. Наверное, моя трусость всегда была сильнее любопытства, иначе бы я обязательно взглянул своими глазами на наших соседей. Но ты молод, Джеральд. С этого дня старайся употреблять только отбракованные овощи. Не в открытую, иначе попадешь под подозрение смотрителя. Журнал об устройстве замков и способах их вскрытия можешь забрать себе. Мне он больше не понадобится. Теперь, ступай. – старик нашел в себе силы улыбнуться. – Нужно побыть одному…
* * *
С того дня я стал жить по заветам мистера Эбернати. Питался «мутировавшими» овощами, в которых не заметил ничего подозрительного, если таковым не считать их отличный вкус. Слова старого взломщика о таинственном убежище за стенкой не давали мне покоя. Жившие там люди представлялись мне невероятными обжорами, непрестанно жевавшими наши превосходные овощи. Все чаще я стал изъявлять желание поработать на погрузке отбракованной сельхозпродукции. Это был тяжелый труд, и редко кто стремился заниматься наполнением вагонеток по своей воле.
В грузчики отбирали физически крепких молодых мужчин, которые не показали успехов в учебе. Через год я намеренно написал выпускной тест на минимальный балл, не дрогнув, выдержал внимательный испытующий взгляд мистера Томаса. Показалось, будто он хотел меня о чем-то спросить, но сдержался. Теперь стало возможным вынашивать планы по проникновению в соседнее убежище. Мистер Эбернати не обманул меня. В первую же смену на погрузке я вытащил все фильтры из защитного костюма, остановил рециркуляцию воздуха и прислушался к звукам, доносившимся из-за раздвижной дверцы.
Сначала показалось, что кроме грохота колес вагонеток ничего не было слышно, но вскоре стало явственно различимо, как кто-то напевает хорошо знакомую мелодию. Я даже оглянулся, желая убедиться, что это не пение моего напарника, но ему было не до развлечений. Работа в прорезиненном герметично закрытом костюме едва ли могла поднять настроение настолько, что хотелось петь. В этот день я твердо решил, что раскрою тайну соседнего убежища, чего бы это ни стоило.
Вот так просто взять и отправиться в полную неизвестность без всякой подготовки мог только отчаянный авантюрист. Не причисляя себя к подобным людям, взялся составить план действий. Рабовладельцы, а именно так я мысленно называл соседей, едва ли обрадуются проникновению чужого человека на их территорию. Требовалась какая-нибудь защита, а что могло подойти для подобных целей лучше, чем мощный десятимиллиметровый пистолет? Ключ от оружейного сейфа был припасен, оставалось только выбрать подходящий момент, чтобы забрать оружие.
Момент наступил в третью субботу октября, когда смотритель проводил много времени вне своего кабинета, раздавая детям сладкие подарки. Я аккуратно вскрыл замок на входной двери, капнул немного машинного масла на дверные петли оружейного сейфа и воспользовался ключом. Подавляя в себе желание схватить любой пистолет из трех и сразу же покинуть кабинет мистера Франклина, я потратил несколько секунд драгоценного времени на изучение содержимого сейфа. Здесь нашлись даже брошюры с описанием технических характеристик оружия и наставлениями по боевому применению. Один пистолет значительно отличался от других удлиненными стволом и магазином. Машинально выбрал его, как самый красивый, прихватив с собой две пачки патронов, а также довоенный журнальчик, озаглавленный «Пистолеты и Пули».
Дома я тщательно изучил свою добычу и, прочитав брошюру, выяснил, что позаимствовал модификацию, предназначавшуюся для автоматической стрельбы. В наставлении к пистолету рекомендовалось совершать кратковременные нажатия на спусковой крючок, стреляя короткими очередями. Боезапас был увеличен за счет коробчатого магазина повышенной емкости. Дульный компенсатор способствовал снижению отдачи, что увеличивало кучность и меткость стрельбы. Оружие оказалось тяжелым, но работа на погрузке овощей и хорошее питание сделали свое дело – окрепшие мышцы справлялись с задачей. Жаль, что нельзя было поупражняться в стрельбе. В убежище не нашлось подходящего места для подобных тренировок.