Пылавший дом Амбруаза, вызвал оживление у прохожих в этой части города. Я ожидал, что они бросятся к горящему зданию, чтобы организовать тушение, или, хотя бы не допустить распространение огня на соседние дома, но люди в спешном порядке направились в сторону центра. Из этого следовал простой вывод, что взаимовыручка не в почете у местных жителей. Я пока не задумывался, чем буду заниматься дальше, а сейчас было самое время поразмыслить о будущем. Ни о какой спортивной карьере больше не могло идти речи. Требовалось подыскать для себя достойное и хорошо оплачиваемое занятие.
«Едва появившись в городе, стал жертвой мошенника и чуть не погиб, а каково будет оказаться здесь жителям убежища 72? Наивные люди, воспитанные в понятиях чести и доброжелательного отношения друг к другу, не проживут здесь и нескольких суток. Чтобы уберечь их от соблазнов и опасностей большого города, нужно лучше узнать Батон-Руж самому, прежде чем приводить сюда других. А еще лучше, не просто узнать, а занять высокое место в здешней иерархии. Кто там сейчас является правителем? Какой-то король… Я так и не удосужился нигде поинтересоваться, как устроена политическая система города. Хотя на это просто не нашлось времени. Вот с завтрашнего дня и начну…».
Самому эти планы на жизнь казались реальными, но где-то в глубине сознания ворочался червячок сомнения, своим брюзжанием изрядно портивший грандиозные идеи. Червячок прозрачно намекал, что у меня на данный момент нет ни работы, ни постоянного места жительства, а начинать завоевание Батон-Ружа следовало хотя бы с поисков места для ночлега на ближайшую ночь. Затем определиться с трудоустройством, потому что кошелек с крышками изъяло местное правосудие с формулировкой «в качестве компенсации за нарушение общественного порядка в пределах городской черты».
Единственное более-менее знакомое мне занятие было связано с речными перевозками. Стоило наняться в качестве матроса на плот, чтобы на первое время хоть как-то свести концы с концами. Я не оказался от своих планов, просто решил немного повременить с поисками места жительства для родни из убежища 72 до того момента, когда возникнут подходящие условия.
«Почему бы тогда прямо сейчас не направиться к пристани возле казино «Голливуд»? Если там ночует речной караван, то поговорил бы со шкиперами по поводу работы».
С этими мыслями зашагал вдоль Север-Ривер роуд, попутно наблюдая ночную жизнь города. Сегодня на улицах было оживленно, не в пример тому вечеру, когда меня конвоировал патруль Стрелков. Тогда мы встречали по пути к зданию суда редких прохожих, а сейчас люди передвигались целыми группами в том же направлении, что и я. Спешить было некуда, даже спать сильно не хотелось, успел вздремнуть немного в подвале у Амбруаза. Шел прогулочным шагом, и меня обгоняли все, кому не лень. А таких неленивых набралось предостаточно.
Было хорошо заметно, как все они дружно свернули направо возле «Пятиугольника казарм», и через несколько минут в районе Капитолия раздались выстрелы. Кто по кому стрелял, и чего при этом добивался, выяснять я не жаждал. Не хватало еще влезть в чью-то разборку, не понимая причин происходящего и, не ведая, к каким последствиям могло привести вмешательство. Стрельба долго не стихала, прозвучало даже несколько взрывов.
Что самое удивительное, проходившие мимо Стрелки-патрульные ухом не повели в сторону явного нарушения общественного порядка. Как шли себе вразвалочку, так и проследовали дальше по Север-Ривер роуд. Едва ли в составе этого патруля все страдали серьезным расстройством слуха, видимо причина такого поведения крылась совсем не в том.
Возле причала у казино стоял речной караван. Я специально пересчитал плоты, которых оказалось ровно восемь. Значит, сумели отбиться от рейдеров на мосту без потери плав’единиц. Можно надеяться, что у шкиперов хорошее настроение, и кому-нибудь из них понадобится матрос на речное судно. Охранники на плотах посоветовали искать начальство в казино. Оба моих прежних визита в это заведение закончились не самым лучшим образом, поэтому испытывать судьбу в третий раз не решился. На бывшей автостоянке возле «Голливуда» стояли крытые тростником бунгало, отдаленно напоминавшие жилища на Шугар-Айленде. Неприхотливые речники отдыхали в них после рейса.