– Это платье убивает меня, – говорит он, проводя руками вверх по моим бедрам, так что оно слегка задирается вверх.
– Грейсон, – шепчу, сбрасывая его руки.
– Сынок, как все прошло? – спрашивает у него отец. Я поднимаю на него глаза, стараясь вести себя непринужденно.
– Хорошо, – отвечает Грейсон. Я поговорил с несколькими твоими партнерами, как ты и просил, принял более активное участие.
Он кивает Грейсону, потом поворачивается ко мне с улыбкой, прежде чем уйти. Я чувствую, как на меня смотрит Грейсон, поэтому перевожу взгляд на него.
– Детка, – его губы подрагивают.
– Что?
– Ты боишься моего отца?
Его тело сотрясает от беззвучного смеха.
Я прищуриваюсь на него.
– Не смешно.
– Смешно.
– Не смешно. Я бывшая стриптизерша. Однажды они узнают об этом, возненавидят меня и попытаются убедить тебя найти кого–нибудь получше. Поэтому, да, я немного боюсь их обоих.
Все веселье испаряется с его лица.
– Детка, меня не волнует, что они думают. Важно только то, что думаю я. Да, я люблю свою семью, но они не контролируют мою жизнь.
– Их мнение важно для тебя.
Я опускаю взгляд. Он нежно приподнимает мою голову и обхватывает ладонями лицо.
– Я люблю тебя. Это не изменится, и не важно, что говорят о тебе остальные. Я знаю тебя настоящую, а они – нет. Я люблю в тебе все.
– Все? – сомнение прокрадывается в мой голос.
– Да, потому что хочу тебя именно такой, какая ты есть. Я не хочу, чтобы ты менялась. Даже, когда ты временами на завтрак ешь шоколад и варенье одновременно. Я считаю это отвратительным, но это ты, поэтому так нормально.
Я громко смеюсь на это заявление.
– Иногда ты безумен.
– Безумен из–за тебя. А теперь пойдем, найдем Лиа и убедимся, что у тебя есть что поесть, – говорит он, помогая мне подняться со стула.
– Грейсон?
– А? – отвечает он, уделяя мне все свое внимание. Я люблю это.
– Я чертовски люблю тебя.
Глава 27
Экзамены приходят и уходят, что я даже не успеваю понять это. Сейчас, у меня каникулы, и я набрала больше смен в баре. Остальную часть времени я провожу с Грейсоном. Кухонное полотенце шлепает меня по заднице, вытягивая из моих мыслей.
– Эй, хорош витать в облаках, иди и заполни холодильник, – говорит Эйден.
– Ауч.
Я тру свой зад. Лондон входит именно в тот момент, как я произношу это.
Ее рот открывается.
– Ты развратная девчонка, я не знала, что в тебе есть такое! – потом она взрывается от смеха из–за своего комментария. – Понимаешь? – она смеется еще больше, уже сгибаясь пополам. Эйден начинает посмеиваться вместе с ней.
Я качаю головой на них двоих.
– Вы, ребятки, чертовы сумасшедшие.
– Эй, я не осуждаю тебя, – говорит она сквозь еще больше смеха. – Грейсон счастливчик, да?
Я прикрываю руками лицо и начинаю хихикать. Эти люди неадекватны! Эйден смотрит на меня с каменным лицом.
– Меня не волнует твоя вчерашняя деятельность в постели, мне нужно, чтобы ты заполнила холодильник.
– Боже мой! – визжу я, уходя к холодильнику. Я слышу воющий смех Лондон, раздающийся эхом позади меня, как у долбанной гиены. Я заполняю проклятый холодильник, пользуясь временем, чтобы успокоиться. Когда я возвращаюсь обратно, Эйден и Лондон стоят близко друг к другу. Он расходятся, как только замечают меня.
– Да ладно, – я растягиваю слова.
– Что? – невинно спрашивает Лондон. Она даже ресницами хлопает. Угу…типа это подействует.
– Ох, да ничего, – говорю я приторно–сладким голоском. Я смотрю сначала на Лондон, потом на Эйдена, потом снова на Лондон, давая им понять, что я видела, но ничего не произношу.
Эйден – пещерный человек, скрещивает руки на своей груди.
– Я забираю ее на свидание.
Лондон смотрит на него, прищурившись.
– Ты не сдержался бы даже под пытками, да?
Я смеюсь на это.
– Что за секретность?
Лондон переводит взгляд на меня, ее глаза извиняются.
– Если бы не получилось, я не хотела бы слышать «я же тебе говорила». И я не знала, какой будет твоя реакция. Я уже подводила тебя. С долгом, а потом с Грейсоном, даже если я не знала тогда. Я не хотела причинять тебе боль снова. Но в то же время, мне вроде как нравится Эйден, по–настоящему.
Я посасываю нижнюю губу, задумавшись.
– Это ваше дело. Только, умоляю, не делайте друг другу больно. Я не хочу лезть в это. Лондон, ты моя сестра, и Эйден, я сильно забочусь о тебе.
– Групповые обнимашки? – спрашивает Лондон.
А почему, черт возьми, нет? Мы все сходимся и обнимаем друг друга.
– Хочу, чтобы вы оба были счастливы, – произношу я, прижимаясь к груди Эйдена. – Эйден, надеюсь, ты понимаешь, во что ввязываешься с Лондон. Она требует больших затрат, – говорю я с каменным лицом.