Но не всё было вечным, а особенно — если ты младенец. Меня клонило в сон всё с большей силой.
Маленьким детям свойственно много и долго спать, и я не была исключением. Пока меня поглаживали и покачивали, я засыпала крепким сном.
— Засыпайте, молодая госпожа. Вам предстоит тяжелый путь, — Лаура тихо говорила, но я отчетливо запомнила её слова.
Ведь дальше моя жизнь превратилась в кошмар наяву.
2 Глава.
Как позже выяснилось, у моего отца была не одна жена, а у меня была не одна сестра, как я считала изначально.
В нашем мире спокойно одобрялось многомужество и многоженство. Всё зависело от влияния человека, который хотел создать себе гарем и позволяли ли ему средства на его содержание.
Если ты был богат и влиятелен, то спокойно можешь найти себе несколько партнеров, которых ты будешь опекать и обеспечивать. И наш отец был на вершине власти, не считая императора, а значит, мог завести, сколько ему было угодно жён.
Так я узнала, что моя матушка, Патрианна Вэрдимиос, была пятой женой Драгора Арадеса Вэрдимиоса, а мы с сестрой были шестым и седьмым ребенком в семье Палачей.
— Дея, я тебя защищу! — говорила моя любимая сестра-близнец каждый раз, когда на моём лице появлялась печаль или страх. Её голубые глаза смотрели на меня серьезно.
— Ция, я боюсь… — в отличие от меня, чьи глаза были похожи на отцовские, я была нежным ребенком и в силу своего характера мало походила на Драгора. Моя же сестра, вылитая мать, была намного сильнее меня и пыталась защитить меня от всего.
Я, как щеночек, ходила за ней по пятам и пряталась за её спиной, когда мы встречали наших старших братьев и сестер.
Но даже так — моя сестра не теряла той же ангельской улыбки, как у нашей матери. И в такие моменты мне казалось, что Ция не является частью нашей семьи.
Благодаря моей сестренке я не сошла с ума в грязи нашего семейства. Она поддерживала меня во всем, что нужно было пройти всем детям в Вэрдимиос.
Наша семья — Палачи: те, кто безжалостно устраняет изменников Империи. Но на самом деле мы являлись преступниками, владеющими бесчисленными организациями, которые занимались грабежом, продажей наркотиков, ядов и людей. И, конечно же, убийствами.
И в таком доме нам следовало выживать с Цией и следовать устоям семьи. И моя мать переживала, что я кое-как выживала в ней, ведь была слабым ребенком, не удостоенным величием клана.
Все дети, рожденные в Вэрдимиос, обязаны следовать традициям. Так было испокон веков и до сих пор ничего не изменилось. Дабы стать полноправным членом, мы были обязаны с юных лет получать должное образование.
Я с трудом справлялась с нагрузкой и всегда была хуже Патриции, которая была талантлива во всех сферах.
— Дея, ты молодец! — она хвалила меня каждый раз за любой мой успех и это помогало мне не сдаваться и спокойно ждать своей участи.
На занятиях по владению оружию, скрытности, ядам и наркотикам — Ция всегда была лучом надежды в моем мире, который мог подбодрить меня одной своей улыбкой.
Но я была безнадежна, как бы не верила в меня сестра. И нет — дело не в том, что я не могла запомнить все тонкости каждого ремесла. Проблема крылась в практических навыках, ведь теоретические знания я знала намного лучше своих преподавателей. Но приходилось скрывать это, чтобы не заслонить успехи Ции.
Чтобы быть лучшей, нужно было усмирить свой страх, но я не могла этого сделать. Я боялась всего.
Я не могла похвастаться своими навыками в отличии от сестры, которая знала отлично не только теорию, но и успешно применяла её на практике.
И каждые пол года, когда проходила проверка наших знаний, я слышала от отца:
— Ты не подходишь. Ничего особенного.
В такие моменты мои глаза начинали дрожать от поступавших слёз, а мою руку крепко сжимала моя любимая сестра.
Хоть я и видела отца раз в пол года на аттестации, от этого не изменилось моё первоначальное мнение о нём. Но если бы так считала не я одна.
Ведь моя сестра, подкрепленная верой нашей матери, надеялась, что чем лучше она станет, тем больше любви Драгора она получит.
Но наш отец никогда не заботился о своих детях. И его жён и отпрысков становилось всё больше с каждым нашим днём рождением.
Теперь в семье Палачей было тринадцать жен и двадцать моих единокровных братьев и сестер.
И даже, если бы отец хотел, он не смог бы уделять внимание каждому.
— Думаю, если у тебя есть талант, то вскоре мы узнаем, — говорил загадочно отец, — И тогда я помогу ему расцвести.