-Мне пора.
Мой голос прозвучал отрезвляюще для нас обоих. Тяжело дыша, я отстраняю от себя парня и слезаю со стола, поправляя платье. Евсей, оперевшись руками о столешницу, восстанавливает дыхание и нервно поправляет джинсы. Невольно облизываю губы и пытаюсь пальцами распутать волосы.
-И как долго будет продолжаться этот цирк? - спрашивает Евсей, в упор посмотрев на меня, когда мы оказываемся в коридоре. - Ты же понимаешь, что твоего парня это не устроит. Так может, перестанем делать вид, что мы безразличны друг другу? И будь что будет. Хватит притворяться, что мы чужие. Ты даже сейчас это делаешь, хотя рядом нет этих психопатов.
-У меня нет парня и опережая твои вопросы скажу, что я не сплю с ним - резко произношу фразу, отчего Евсей хмурится. - Я доверилась тебе только потому, что это касается и тебя. Ты знаешь, чем это может грозить. Только и остаётся, что делать вид, будто я по-прежнему ненавижу тебя, как раньше.
-Я не боюсь этого папиного сыночка.
-Я боюсь, Евсей! - кричу на парня, чем пугаю его. - Не за себя. А за тебя. За тебя, понимаешь?
-Так я тебе не безразличен? - усмехается парень, поправляя мои волосы.
-Так я тебе не безразлична? - передразниваю в ответ. - Молчишь. Ты всегда молчишь, даже когда прекрасно понимаешь, что одной фразой можешь перевернуть всё вверх дном. Ничего конкретного я не услышала от тебя ни разу. Ни в какой из ситуаций. Поэтому не удивляйся такому отношению. Мы договорились держаться вместе. Довериться, как бы ни было тяжело. Но всё слишком печально. И как только я разберусь, как мне быть дальше, я тут же уйду из этой ненормальной семейки. Уйду, как буду уверена, что вы все в безопасности. Дерьмо. Я забыла, что меня ждёт сестра.
-Мы будем разбираться вместе. Не веди себя как упрямый осёл и перестань ругаться. Я вызову тебе такси - не дожидаясь ответа, Евсей открывает приложение и спустя время сообщает, что машина скоро подъедет.
-Спасибо за вечер - смотрю на Евсея, неловко перебирая край платья. - Было приятно расслабиться и не думать о том, как спасти наши задницы.
-О, ягодка наконец-то чем-то осталась довольна. Надеюсь, наша близость этому причина?
-Нет, чай спас сегодняшний вечер - отвечаю Евсею и выхожу из квартиры, не дав ему сказать что-либо напоследок.
Добравшись до дома, замечаю машину Владимира Алексеевича и подхожу к ней. Уж лучше сделать это самой, чем увидеть его на пороге своей квартиры. И какого хрена? Это явно не дружеский визит в столь позднее время. Вариантов того, зачем приехал этот мужчина, у меня нет. Хоть бы в машине не было Глеба. Иначе он сразу поймёт, что я не просто так выходила из дома подышать свежим воздухом.
Мужчина, пригласив меня внутрь, протягивает папку, в которой собрана информация о предстоящей игре. Я, оттягивая этот момент, списывая всё на свое состояние, возвращаю папку, и вытащив листы, кладу их в сумку. Поднимаю взгляд и тут же ощущаю пощечину, отчего невольно вскрикиваю. Прижимаю руку к щеке и с силой сжимаю вторую ладонь в кулаке. Поджимаю губы и быстро моргаю, не позволяя слезам выйти наружу. Тварь. Он меня ударил.
-Поход в гости был грубой ошибкой, милая - прозвучал голос Владимира Алексеевича. - В следующий раз ты пойдёшь с Глебом. Или так и останешься сидеть в своей ванной. Видишь, я даю тебе право выбора. А ты наверняка представляла меня монстром, держащим тебя на коротком поводке. Больше никаких гостей в гордом одиночестве. Тем более, в такой компании. Это понятно?
-Я была на дне рождении - цежу сквозь зубы, с неприязнью смотря в глаза мужчине.
-Ты поняла меня?
-Да.
-Умница, девочка. Положение, которое ты получишь, войдя в нашу семью, подразумевает множество обязательств. Не стоит ими пренебрегать. Иначе, люди могут не то подумать. А мне дорога репутация семьи и людей, которые меня окружают.
-Мне не нужна ваша семья - громко произношу, чем веселю отца Глеба. - Проще было бы отпустить меня и сдать своего сыночка в руки санитарам.
-Попридержи язык, принцесса. Ты должна быть благодарна, что судьба предоставила тебе такой шанс. Ты и твоя сестра больше ни в чем не будут нуждаться. Тебя окружат любовью и заботой. Можно будет не работать до конца своей жизни. Не об этом ли ты могла мечтать?
-Прихоть вашего сыночка не входила в мои жизненные планы. Уж лучше пахать как лошадь, но быть свободной. Без игр.
-Игра - это моё детище - улыбается Владимир Алексеевич, но его улыбка выходит хищной и пугающей. - И дело даже не в том, что это нужно Глебу. Нет, он получил то, что хотел. Дело в том, что это заинтересовало меня, птичка. Я получаю от этого удовольствие.
-Зачем вы ходили на кладбище? - решаюсь задать вопрос, чтобы больше не было разговоров об играх.
-Твой дедушка поистине замечательный человек. Был. Его любовь к внучкам меня поразила. Но, он совершенно не умел держать язык за зубами, кукушка. Так он называл тебя, верно? Кстати, так и возникла идея с птичками. В любом случае, разговоры с ним ещё больше воодушевляли меня. Я искренне стал уважать этого человека. Приятный и очень умный собеседник. Жаль, он не застал тот момент, когда тебе уже была оказана помощь. Как же он этого ждал. Может, капелька его безумства передастся и тебе.
-Что мне нужно сделать, чтобы прекратить всё это? Я согласилась быть с Глебом. Согласилась войти в вашу семью и играть по вашим правилам. К чему приплетать других людей? Вы называете Марьяну и Евсея массовкой, от которой нужно было избавиться. Кто знает, на что вы ещё способны и можно ли вам доверять даже тогда, когда я лично вручила вам поводок?
-Не забивай свою головку лишней информацией - с этими словами отец Глеба открыл дверь машины и взглядом указал на выход. - Это прихоть взрослых людей. До встречи, Лика. Ещё один поход к Евсею может стоить чей-то жизни. Спи сладко.
Не сказав ничего в ответ, выхожу из машины и направляюсь домой. Внутри меня поднимается ураган эмоций и негодования. Вот мразь. Урод. Ненавижу тебя, грёбаный психопат. Жду не дождусь, когда твой план даст сбой.
-Я дома - сообщаю, войдя в квартиру. - Прости, телефон сел.
-Кто тебя подвёз в такое время? Я видела машину - сонно пробормотала Василиса. Улыбаюсь ей, зная, что сестра ждала моего возвращения. Прикрывая горящую щеку волосами, стараюсь не показывать правую половину лица. Хорошо, что я не включила свет в коридоре.
-Отец Глеба. Потрясающий мужчина. Всегда есть о чем поговорить.
-Ну понятно, почему ты долго не выходила.
Обнимаю Василису и прохожу в ванную комнату. Скидываю одежду и включаю воду. Нужно смыть сегодняшний день.
Дотрагиваясь пальцами до груди, вспоминаю прикосновения Евсея и тут же закрываю глаза. Это было не хорошо. Но слишком заманчиво, чтобы отказаться. Прошлая я не узнала бы себя сегодняшнюю. Надо же, я по своей инициативе заводила разговор с незнакомыми людьми и не услышала в свою сторону ни одного оскорбления. Кроме взгляда девушки Евсея, в котором читалось море ненависти и настороженности, я не чувствовала больше негатива. Определённо, мне это нравится. Черт, нужно убрать это слово из своего лексикона. Оно слишком часто срывается с моих губ.
После душа аккуратно намазываю щеку толстым слоем мази. Надеюсь, последствия от удара будут минимальными. Ещё раз обругав всеми знакомыми матами Владимира Алексеевича, устраиваюсь поудобнее на стуле в кухне и завариваю себе чай. Аромат персика погружает меня в некое умиротворение и я решаюсь выдохнуть. Чая мне явно не хватило на празднике, хотя я выпила по меньшей мере около трёх кружек.
Открываю свою страничку и захожу в диалог с Марьяной, который по-прежнему отвечает мне тишиной.