Спустя время слышу шаги. Вскакиваю и бегу навстречу сотрудникам полиции.
-Лика, добрый вечер. Ну что, в этот раз отец не сможет обойтись простым предупреждением. Сейчас выведем этих подонков и они посидят, подумают. Может, поймут что-то.
Улыбаюсь мужчине в форме. Не в первый раз он приезжает на вызов. Забавно. Мы с ним общаемся чаще, чем с отцом.
-Граждане, на выход. И не разбегаться. Проходим в порядке очереди, занимаем места, согласно купленным билетам. Лика, отца перенесём в комнату. Не нужно тебе таскать этого верзилу на себе. Сестра где?
-Спасибо. Я наберу Василису и скажу, что можно идти домой.
-Всё ещё считаешь, что дома лучше? - спрашивает сотрудник полиции, с сочувствием посмотрев на меня.
-До моего совершеннолетия осталось совсем немного. И к тому же, мы скоро переедем к дедушке. Дальше будет легче. Я возьму всё в свои руки. Пожалуйста, напишите, что вы забрали их из подъезда. Иначе я буду врать и никому от этого легче не будет.
Попрощавшись с мужчиной, с ухмылкой смотрю на столпившихся у машины дружков отца. У одного из них упали штаны и многие соседи с весельем наблюдают, как мужчина пытается найти их взглядом. Жалкое зрелище. Надеюсь, на этот раз их запрут надолго.
Проветриваю квартиру, попутно собирая мусор. Протираю стол и выливаю воду из миски Марсика. Вот уроды. Эти алкаши тушили в ней окурки.
Думаю о том, какого все-таки жить в нашем районе. Здесь настолько все привыкли к неблагополучным семьям, что стараются не заводить дела. Только в крайнем случае дети изымаются из семей. С одной стороны, я этому безумно рада. Не хочу, чтобы мы с сестрой жили в детском доме. Но с другой стороны понимаю, что так дела не решаются. Это наплевательское отношение не только к своей работе, но и к будущему множества невинных жизней. Прогнила не система, а люди, которые составляют её цепочку. Никто не хочет брать на себя дополнительную работу, за которую получат мизерную доплату. Если вообще получат. Зато план по поимке алкоголиков перевыполнен на многие годы вперёд.
-Они тебя не тронули? - спрашиваю Василису, как только она вернулась домой. Всё это время сестра находилась в квартире Маши.
-Я сразу же ушла - устало вздыхает Василиса, поглаживая кота. - Марсика с собой взяла, чтобы на закуску не пустили. Не хочу, чтобы он повторил судьбу соседского кота.
-Прошу, не напоминай об этом - морщусь, вспоминая, для чего местные наркоманы и алкоголики отлавливают кошек и собак. Нелюди.
-Лисёнок. Через год нас здесь не будет. Этот ужасный мир останется далеко позади. Мы будем жить с дедушкой. Обещаю, что всё наладится - наливаю нам с сестрой чай и нарезаю остатки хлеба на бутерброды.
-Евсей сказал, что их соседи не лучше. Отец недавно спустил одного мужичка с лестницы. Тот был настолько пьян, что толком ничего и не понял.
-Евсей, что, местной сплетницей заделался? - усмехаюсь, взглянув на сестру. Как же громко на душе скребутся кошки.
-Ой, будто вы это с ним не обсуждали - смеётся Василиса, с некой осторожностью посмотрев на меня.
-Действительно - притворно улыбаюсь в ответ, не в состоянии сказать что-то другое.
Мы с ним многое обсуждали. Хорошо, что Василиса не в курсе, какие темы поднимаются между нами. Она бы точно стала первой, кто осудил меня.
-Лисёнок, после ужина ложись в кровать. А я попробую дозвониться до Ирины. Что-то давно она не приходила к нам. Я начинаю волноваться.
Перекусив бутербродами, проведываю спящего отца. Укрываю его лёгким пледом, так как ночи всё ещё холодные. Целую в щеку Василису и иду на кухню, набирая Ирину. Но отвечает мне совсем другой человек.
-Ирка-то померла - скрипучий голос, сообщивший новость, начинает дрожать. - Вчера ещё. Всё жаловалась на голову свою. Всё время жаловалась. Говорю ей, сходи к врачу. Нет, зараза такая. Денег жалела. Теперь мы без денег сидим. Скотина такая. А кто звонит-то?
Молча кладу трубку, боясь пошевелиться. Я и раньше думала о том, что с Ириной не всё так просто. Её частые головные боли волновали меня. Но эта сильная женщина не подавала виду, что что-то не так.
-Нет... Нет-нет-нет - шепчу, медленно запускаю руки в волосы. - Не надо...
Выбегаю на улицу, не заперев за собой дверь. Сажусь на ближайшую скамейку, не обращая внимание на начинающийся дождь.
-Нет-нет-нет - вновь шепчу и спустя несколько секунд срываюсь на крик. Дикий и страшный, которым пугаю саму себя. От переживаний рву на себе волосы и размазываю слезы по щекам. Замолкаю и тут же всхлипываю, стараясь не сдерживать в себе эту безумную боль.
-Эй, ты чего?
Нет... Только тебя здесь не хватало. Пожалуйста, кто угодно, только не ты, Евсей. Прошу тебя, уйди. Уйди и не смей меня трогать.
-Лика, посмотри на меня. Что с коленями? Лика, твою мать, что случилось? - гневно спрашивает парень и я забывшись, утыкаюсь носом в его плечо. Меня трясёт и я не понимаю, как должна себя вести. Но я не позволю, чтобы это горе нас сблизило. Евсей больше не в праве знать, что происходит в моей семье.
-Она умерла. Она бросила нас - всхлипываю, чувствуя на спине руки парня. Черт. Я проболталась. - Нас все бросают. Мы никому не нужны.
-Кто умер?
Мамочка... Как же ты сейчас нужна мне. Ну почему ты бросила нас. Заставила пройти через всё это дерьмо реальной жизни одних. Почему... Почему...
Отталкиваю Евсея, смотря на него затуманенным взглядом.
-Хватит вот так вот появляться. Прекрати. Как у тебя это получается?
-Что именно? - спрашивает Евсей. В этот момент он кажется мне совершенно не знакомым. Настолько я привыкла к его отвратительному поведению, что не могу воспринимать как-то иначе. И поэтому пугаюсь сочувствия и незначительноого внимания.
-Быть рядом, когда я чувствую, что вот-вот не выдержу и сдамся. Никогда, слышишь, никогда больше не появляйся там, где я. Потому что это всегда заканчивается хреново.
-Так я тебе безразличен, ягодка? Больше не интересую? А я думал, что тебе льстит моё внимание. Даже Милана ревнует.
-Ты никогда меня не интересовал - выплевываю слова, чувствуя, как они режут меня, словно лезвия. Острые и безжалостные. Врунья. Обманываю саму себя.
Не оборачиваясь, обнимаю себя за плечи и плетусь в сторону дома. Черт возьми. Что это сейчас было. Кажется, мне можно писать сценарий по нашей жизни. Наверняка со стороны это выглядит глупо и банально. Двое ненавидят друг друга, но в то же время в этом нет ничего особенного. Не думала, что такие разговоры бывают в реальной жизни.
Вздрагиваю, когда мимо проезжает внедорожник. Ничего себе. Такие машины никогда не заезжают в наш район. Несчастный. Надеюсь, он не додумается оставить автомобиль на улице.
Вернувшись в квартиру, запираю дверь и прячу ключи. Не позволю отцу выйти, пока не поговорю с ним на трезвую голову. Надеюсь, что новость об Ирине встряхнет его. Либо погубит ещё сильнее...