Я, боясь произнести хоть слово, лишь моргала в ответ на пламенную речь родного для меня человека. Даже Аннушка с удивлением слушала ответы моей матери. Надо же. Незнакомая мне девушка знала меня лучше, чем собственная мать.
"Кошек. Я боюсь лысых кошек" - пронеслось у меня в голове.
И я много раз говорила об этом матери, когда мы бывали в гостях у её подруги. Ведь именно там впервые меня и цапнуло это животное, в то время, как я спокойно сидела на диване и смотрела мультфильм. Мне было около пяти лет. Сколько же было слез и криков. Да. Я кричала. Громко. Царапины у глаза неприятно обжигало, когда на них попадали солёные слезинки. Сколько раз я просила больше не брать меня в гости. Билась в истерике, когда меня за руку тянули, срываясь на торопливый шаг. Я боялась, что мне вновь придётся пережить этот ужас. А что, если это животное вновь решит наброситься на меня, расцарапав лицо. Но взрослые лишь смеялись, называя меня трусишкой и пытаясь дать кошку на руки. Незабываемое время.
А всего того, что перечислила мать, я не страшилась. Это лишь плохие воспоминания и не более. Мы сами вершим свою судьбу. И сами решаем, как прожить эту жизнь. Есть, конечно, исключения из правил. Но и их мы должны стараться контролировать. Что я и делаю, оставшись за главную в нашей семье.
-Последний вопрос. Скажите, о чем мечтает Лика? - довольно громко произнесла Аннушка.
Прозвучавший ответ окончательно разочаровал меня. Не то. Всё не то. Мама. Как же так. Множество разговоров и всё в пустую.
-Мечтает? О нормальной семье, разумеется - усмехнулась мама. - Жить в большом доме. Быть обеспеченной. С этим, как его. Мальчик ей нравился в классе. Имя забыла. Обычные мечты обычной девушки. Вы бы ещё спросили, какую музыку она слушает. Я не обязана знать всех её фриков. Глупости какие. Заканчивайте ваш урок и отпускайте нас. Мы достаточно провели здесь времени. Полиция наверняка скоро обнаружит ваше логово.
"Хотя бы помнит, кто мне нравился. Уже не плохо" - рассмеялась я про себя, вспоминая, как решила поделиться с мамой моей самой большой тайной. Она лишь отмахнулась от меня, назвав наивным ребёнком. Сказала, что на такую, как я, он и не взглянет. Признаюсь, поддержка от моей матери была скверной. По-моему, с тех пор я решила ей больше ничего не рассказывать. Говорила лишь об оценках и уроках. Изредка упоминала в разговорах свою подругу Яну.
Замечаю движение на экране. Рядом с Софией всё это время стоял учитель. И после того, как Аннушка дала команду, он быстрым движением сделал выстрел.
От неожиданности я подпрыгнула на месте, зажимая себе рот ладонью. К такому нельзя привыкнуть. Милана, всё это время сидевшая спокойная и расслабленная, завизжала, будто её пытали.
Слышу крик матери и с ужасом рассматриваю капли крови на её лице. Она бьёт ногами о пол, в то время, как напротив неё всё так же сидит София, опустив голову. Маска крепко держится на её лице и кажется, что мертва не девушка. А я.
-Потрясающе - шепчет Аннушка. - Владимиру Алексеевичу это понравится. Необходимо сделать фотографию.
-Ага. Селфи - глухо отвечаю, борясь с желанием вырвать то, что съела с утра.
Не могу слышать голос Аннушки. Не могу смотреть на то, как убирают тело девушки. Какова была её роль. Кем она приходится отцу Глеба. А может, кто-то из спонсоров подкинул её в игру. В голове не укладывается.
Когда в помещении остаются лишь мама и Милана, я решаю сказать последнее на сегодня слово, в качестве ведущей.
-Оксана Владимировна. Лишь один правильный ответ. Как жаль. Ты вновь потеряла её - едва слышно произношу в микрофон и выключаю основной свет в помещении.
Милана по-прежнему тихонько всхлипывает, а мама сидит молча. Надеюсь, она в полной мере осознала, насколько мы с ней чужие друг для друга.
Улыбаюсь, когда Аннушка сообщает, что ей необходимо заплатить за работу учителю и позаботиться о теле. Едва девушка выходит из помещения, срываюсь с места и бегу в сторону машины.
-К Владимиру Алексеевичу - кидаю водителю и громко хлопаю дверцей.
Когда мы отъезжаем от дома, вижу, как вслед смотрит Аннушка и машу ей рукой. Не хочу с ней говорить. Она по-прежнему пугает меня. Надеюсь, после игры, их с Глебом поместят в одну палату. А я буду их навещать и приносить на гостинец кефир.
По дороге в клинику думаю о том, что убийство, которое я видела сегодня, было не первым в моей жизни. Но почему-то именно оно заставило меня осознать, насколько жестокую игру могут вести так называемые "спонсоры". Не могу назвать их людьми. Не могу подобрать определение для этих "существ". Наверняка сидят за мониторами в своих огромных домах и распивают алкогольные напитки. Радуются и наслаждаются своей жизнью, в то время, как кто-то теряет себя. Теряет свой разум и надежду на светлое будущее.
Подъезжая к работе отца Глеба, стараюсь успокоиться, но выходит скверно. Я не умею держать себя в руках, когда того требуют обстоятельства.