Эленерра пристально смотрела именно на главную цель поражения, но Вергена знала, с кем имеет дело. Она продолжала держать статный и холодный взгляд, улыбаясь уголками губ.
— Тебе очень идёт, Эленерра. — добавляет Вергена, но в голове она продолжает истинную мысль сказанного: «Но оно никогда не сядет на тебе так божественно, как на мне.»
— Ах, — вздыхает Эленерра, делая лицо как при космическом оргазме, — Этот комплимент самый главный, из тех, что когда-либо был сказан и будет сказан этому колье.
— Знаете, у меня галлюцинации или же всё-таки это… — задумывается Тауриэль.
— Мой кулон? — подхватывает на слове Вергена, — Да.
— Бывший кулон. Во всех смыслах. — специально подчеркивает Эленерра, — Вергена продала его на аукционе в Париже. Как же повезло, что в это время в самом городе любви оказалась я. Мне даже пришлось повоевать с королевой Дании Маргрете II, чтобы претендовать на ценный изумруд. В итоге, мы с ней подняли цену до небес и когда королева наконец сдалась, я купила изумрудный кулон за 172 миллиона долларов.
— Очуметь! — вылезло из языка Тауриэль.
— Действительно. Не пойму, куда ей ещё новые украшения в 93 года?
— У-у-у, это он ещё продался по скидке, я смотрю. — улыбнулась Вергена, — Колумбийский изумруд, 250 карат, специально добытый для меня…
— Всегда хотела спросить, Вергена. Кто же этот счастливый ювелир? — поинтересовалась Эленерра, вспомнив, что у кулона отсутствует история в какой-либо системе.
— Некто, кто пожелал остаться анонимом. Я даже сама не знаю, кто это.
— Так это подарок?
— Я никогда не покупала себе украшения. — поставила точку в допросе Вергена.
— Пф, мне не нужно постоянно пытаться завоевать внимание мужчин ради «знаков внимания». Всё, что мне нужно, я покупаю себе сама, как свободная женщина. — колко ответила Эленерра, надкусив клубнику.
Тауриэль с удовольствием смотрит на двух див и слушает их словесную перепалку, думая, что ей сейчас нужны не эклеры с чаем, а попкорн с колой. Однако, ради соблюдения приличия высокого светского общества, она старается перебить двух звезд сегодняшего мини-мероприятия и разбавить тему разговора другой более острой темой — экономика.
Часть компаниии состоящая из предпринимательниц бурно начали обсуждать новости из мира финансов и ценных бумаг, а также новые идеи и концепции. Вергена вновь обратилась к Эленерре:
— Как дела обстоят с акциями дома Ван де Волайтов?
В Иконвилле каждый «дом» являлся юридическим лицом, официально включающий в себя членов семейства, каждый их которых получает определенную долю, под руководством избранного главы или старшего члена семьи.
— Ох, этот вопрос был кстати. Вергена, ты всегда зыришь в корень. — добавила она, запивая чаем из бергамота, — Представляете, дамы, я кое-что предчувствую. Экономике страны приближается угроза.
— Ты это предчувствуешь?
— Конечно. У меня с детства был дар. Подобно шестому чувству, я предугадывала будущее. Именно мой «третий глаз» помогал мне предвидеть все варианты будущего в пути предпринимательства. Таким образом, я и смогла достичь невероятных успехов наших компаний и увеличить стоимость акций в семь раз за последнюю декаду. Я считаю, что этим святым даром меня наделила сама богиня любви Эленер. Не зря ведь при рождении, увидев мою светящуюся ауру, родители мне дали имя столь прекрасной богини, верно?
Вергена из-за всех сил старалась не закатить глазами, вслушиваясь в рассказы Эленерры. Она уверена, что слышала этот самый рассказ о даре уже в сотый раз. Все гости всегда продолжали слушать будто в первый раз и заинтересованно кивать головрй. Вергене был абсолютно далек и не интересен клэнтизм как религия и мифология. Хотя вокруг все являлись преданными клэнтистами, ей удавалось делать вид, что ей это интересно и она истинно верит и почитает бога света Инариса как своего бога-покровителя… До тех моментов, пока в разговоре не начнет участвовать Эленерра, словно витающая в облаках с постоянными фантастическими историями, будь то темы о высокой моде, искусстве или же о её безгранично обожаемой богине-покровительнице Эленер.
Активно ведя разговоры за столом, тема за темой, Эленерра не сводила глаз с Вергены и охотно выслеживала на мимике её лица малейшие признаки негодования. Со стороны казалось, что она с особым желанием пытается вывести холодную, как снежная королева, Миссис Корвин хоть на какие-то эмоции, постоянно кривляясь, демонстративно красовавшись и переодически касаясь драгоценного колье на декольте.