– Демоны, – Вард ругнулся и шагнул к горелке.
Очередная волна горячей жижи чуть не ошпарила ему руку, но мужчине удалось погасить огонь. Я поспешила к окну, чтобы снять ставни и пустить сюда воздух. Дышать сразу стало легче.
– Что это за пакость? – спросила, не рискуя подходить ближе.
Весь пол был загажен темной жидкостью, липкой и вонючей.
– Самогонный аппарат, – процедил Вард.
– Серьезно?
А ведь и правда. Запах, который я силилась узнать, очень здорово походил на дешевую выпивку, которую подавали в самых непритязательных трактирах, где мне приходилось пару раз бывать по долгу службы.
– Теперь понятно, что это было. – Маг отыскал в углу мешок из грубого полотна и показал мне.
Сейчас он оказался пуст, но я помнила, что в столовой в таких хранили сахар. Выходит, никакой контрабанды? Только воришка, который решил позаимствовать ценный продукт для своего нелегального дела. Самогон, подумать только.
– Он тягал сахар на брагу, – озвучил мои мысли мужчина. – Тайно, ночью, пока ничто не видел.
– А что вы тут делаете? – раздался за нашими спинами растерянный голос.
Мы обернулись, как по команде. В дверях стоял Гилберт Стэн. Его плащ перекосился, а в руках сослуживец держал баллон огнегасителя, явно позаимствованный на первом этаже общежития. Вард медленно поднялся, демонстративно отряхивая руки.
– Да так, – ответил он. – Услышали шум, зашли проверить.
Глаза Стэна забегали. Его пальцы нервно сжали огнегаситель.
– А я вот тоже… услышал. Подумал, пожар….
– И прибежал героически тушить, – усмехнулся маг.
– Типа того. – Стэн отступил на шаг назад.
– Ну-ну.
– За давлением не следил, да? – участливо поинтересовалась я. – Всякий алхимик должен помнить, что в закрытой системе с ростом температуры растет и давление.
– Да я следил, – возмутился Стэн. – Но оно вдруг как бахнет, как потечет… – Он осекся, понимая, что выдал себя. – Сдадите теперь, да?
– Зачем тебе самогон? – Вард оставил его вопрос без ответа. – Скучно стало?
– Да я… это…
– Говори уже.
– Денег мне надо было. Я того… проигрался.
– В карты?
Стэн глянул на Варда со злостью и досадой. Тот не впечатлился.
– В карты, – буркнул невезучий самогонщик. – Жалование у нас – кот наплакал. Решил вот, подзаработать дополнительно.
– Так ты на продажу варил? – удивилась я.
– Ну а чего? У Ферранта дорого, там, где не дорого – помои, а не выпивка. Я ж чистый продукт бы делал. Все были бы в плюсе.
– Только не получилось, – заметила я, оглядывай разгром, учиненный взорвавшимся баком. – Мало того, что это незаконно и нарушает все правила, так ты же и сам убиться мог.
– Сдадите, да? – Стэн повторил вопрос, явно волнующий его сейчас больше всего. – Меня ж попрут с выговором. Может, вам денег надо? За молчание:
– Ты же все проиграл. – Я не упустила возможность воткнуть в него шпильку.
– Найду, если сильно надо.
– Ладно, живи, – поморщился Вард. – Не хватало еще из-за такой ерунды шум поднимать. Если свернешь тут все и больше не будешь играть в винодела, не сдадим.
– А она? – сослуживец кивнул в мою сторону.
– И она не сдаст, – маг хитро усмехнулся. – Я договорюсь.
Я молча повернулась и захлопнула окно, которое уже выстудило комнату и до хруста проморозило лужу браги на полу. Лед затрещал под подошвами Варда. Маг подошел ко мне и приобнял за талию.
– Ведь договорюсь, да? – вкрадчиво произнес он, играя на публику в лице одинокого зрителя Стэна.
Прищурившись, бросила на него взгляд, который можно было принять за не слишком довольный, но благосклонный. Правила игры я улавливала мгновенно.
– Больше не буду, – пообещал самогонщик не слишком уверенно.
– Прибери здесь все, – приказала я. – И вынеси эту гадость в мусор. Мы ведь и проверить можем.
– Не сомневаюсь, – буркнул он.
Вард кивнул и повел меня на улицу. Я не сопротивлялась и, оказавшись на свежем воздухе, с удовольствием вдохнула полной грудью, чтобы прогнать самогонную вонь. Кажется, даже волосы пропахли.
– Ну что за гадость, – я покачала головой.
– Гадость, согласен. У него вряд ли бы вышло что-то хорошее. Недостаток опыта и знаний налицо.
– Можно подумать, ты у нас великий самогонщик, – я шутливо ткнула мужчину локтем в бок.
– Мое образование было всесторонним, – не смутился тот.
Мы медленно брели в сторону общежития, держась за руки. Мне бы очень хотелось верить, что маг не играет, ведь у такой поздней прогулки вряд ли будут свидетели. Но рассудок умолял не обнадеживать себя. Чтобы потом не было больно от разочарования и обиды.
– Почему ты решил не сдавать его? – спросила тихо, чтобы хоть как-то прогнать из головы розовый дурман.