Глава 4. Гюльчатай местного разлива
Не подумайте, пожалуйста, что своим делом Алекс занимался только ради прибыли, вовсе нет. Просто где-то глубоко внутри в нём жила жажда справедливости. Хотелось быть не просто работающим по заказу сыщиком, но и героем в белых доспехах. Или в белом плаще? На этом месте его мысли сбились, но тут же продолжили своё течение.
Так о чем мы? Ах, да… Хотелось быть справедливым и благородным детективом, который спасает пропавших людей, раскрывает криминальные схемы… Но почему-то всё чаще он убеждался, что невинно убиенные – за редким исключением, конечно же, - не такие уж и невинные. И уж точно не было никаких сомнений насчёт дельца Маркова. Этот человек нагрешил везде, где мог, живя «полной жизнью» - ни в чём себе не отказывал, хотел – пил, хотел – бизнес воротил.
«Не суди, да не судим будешь», - одернул себя Степанов, понимая, что зашёл в своих мыслях слишком далеко. Раз уж этому делу придётся дать шанс, то нужно настроиться на поиск убийцы. Или доказать, что это всё – несчастный случай, что, опять же – маловероятно.
С такими мыслями он проводил взглядом автомобиль Карпова и вернулся в «Яблоневый сад». За стойкой пока никого не было, но вот в комнатах на втором этаже уже шуршала, убираясь, вторая горничная, вполголоса ругая так невовремя слёгшую с «нервами» напарницу.
Часы показывали семь утра. В больницу идти бессмысленно – если администратор и приходила в себя, её в любом случае напоили снотворным. Горничная спит. Они никуда не убегут, а значит, можно не спешить.
А вот позвонить Герману нужно – во-первых, рассказать о новом клиенте. Во-вторых, предупредить о возможных звонках мэра. Ну, и объяснить собственную задержку, по причине которой он никак не сможет прибыть завтра в аэропорт к двенадцати дня.
- Ну, и что случилось? – Герман так и исходил сарказмом, заставляя Степанова привычно улыбнуться ворчанию друга.
- У меня случился труп. – Просто и коротко, даже буднично ответил Алекс, предвкушая радость друга.
- Надеюсь, мне не ждать полицию с допросами? Ты же разберёшься с телом, Фантомас? – Глушко бы не был собой, если бы упустил случай сыронизировать, играя на нервах Александра.
- Ну что ты, тут, совершенно неожиданно, я ни при чём. Кто-то вполне справился и без моего скромного вмешательства, укокошив Никиту Маркова, слыхал о таком?
- Слыхом не слыхивал, видом не видывал, а что, серьёзная шишка?
- Куда уж серьёзнее… В общем, я тут надолго завис, пока не найду того, кто же ему пожелал скорой и безвременной кончины. Все материалы скину, ок?
- Давай, жду. Я так понимаю, мне ждать звонка нашего нового работодателя?
- Правильно понимаешь, - Степанов кивнул, как будто Герман мог его увидеть.
- Угу. Ну, тогда работай, работовзятель. Тебе выслать Кита?
- Да не дай Боже тебе это сделать! – Чуть громче обычного воскликнул Алекс, и даже перекрестился, чисто на всякий случай, надеясь что именно в этот момент Всевышний его услышит и помешает Герману сплавить к нему в «поля» нежеланную и небесплатную рабочую силу.
Кит – стажёр в агентстве, двадцатидвухлетний обалдуй, толку с которого было всё равно, что с козла молока. Но пока не истёк испытательный срок, молодой человек день за днём испытывал на прочность нервы своих – вряд ли будущих – коллег.
- И почему я не удивлён, - хохотнул Глушко, отключаясь.
Александру не оставалось ничего иного, кроме как начать расследование. Скептически осмотрев холл гостиницы, он пришёл к выводу, что даже если тут и есть очень хорошо скрытые камеры, то прячутся они на «отлично». Но здравый смысл подсказывал ему, что всё гораздо прозаичнее – камер просто нет. А это означало одно – у этого убийства точно нет беспристрастных молчаливых «свидетелей».
Горничная спустилась по лестнице, вытащила из файлика на стене отчётность и расписалась в нужной графе. Скорее всего, она работала в ночную смену, и сейчас придут совершенно другие люди. А это значит что?
А это значит, что девушку было бы неплохо допросить, пока она не сменилась – может, она расскажет больше про покойного, или, в крайнем случае, про свою напарницу.
- Девушка, Вы не уделите мне минуту Вашего времени? – Поинтересовался Степанов, и видя, как напряглась горничная, показал удостоверение. Ход оказался верным, девушка несколько расслабила плечи, а взгляд стал открытым, не исподлобья, – Я бы хотел задать Вам пару вопросов.