Усмешка принца стала немного хищной. А Ялмер словно не заметил нас сразу и только после моих слов вздрогнул, спохватываясь.
– Ваше Высочество. - Он склонился в поклоне.
– Ваш коллега, полагаю, - протянул принц, не спуская с меня взгляда.
– Верно, – обреченно призналась я.
– Что ж, раз у вас есть провожатый, бегите, лесса Флор.
Искренне надеясь, что в его словах не было подтекста, я снова присела в реверансе, ухватила Ялмера под руку и потянула по дорожке. Но лишь через несколько шагов поняла, что с мужчиной что-то не так. Он тоже переоделся к вечеринке, сменив форму на брюки и светлую рубашку. Вот только вид имел совсем не праздничный. Лицо было бледным, на щеках горел лихорадочный румянец, а губы то и дело сжимались, словно друг изо всех сил сдерживал то, что рвалось изнутри.
– Ялмер? - позвала я. - Ялмер!
– Что? - дернулся тот.
– У тебя все в порядке?
– Да.
– Уверен? Если нужна помощь…
– Все нормально, - ответил мужчина и высвободил руку. - Знаешь, мне кажется… В общем, дойдешь сама, хорошо?
– Хорошо, – растерянно кивнула я.
Он свернул на боковую дорожку и скрылся в зарослях. Я проводила его непонимающим взглядом. Настроение как-то померкло. У Ялмера явно что-то случилось. Еще и принц этот…
Листик встрепенулся и успокаивающе погладил меня по плечу корешками.
– Да, мой хороший, – вздохнула я. - Не будем опаздывать.
Залом презентаций у нас называли пустую оранжерею недалеко от входа. Вернее, почти пустую. У стен росли пальмы, ароматные цитрусы и раскидистые бананы. Зато центр был полностью свободен для лекций, выставок и прочих собраний, которые иногда, как мне говорили, даже проводила сама королева. Но сегодня здесь праздновали день рождения главы, поэтому в зале стояли столики с закусками, играла негромкая музыка и собирались гости.
Рассмотрев среди них именинника, я поздравила его, а потом отправилась общаться и знакомиться с теми, кого еще не знала. Благо, сейчас не нужно было волноваться об этикете и ждать, когда меня представят. Все было гораздо проще и неформальнее. Поэтому я быстро разговорилась с парой молодых садовниц по имени Дженна и Лура, перепробовала все закуски, познакомилась с лиссой Берген, приятной женщиной неопределенного возраста. Но то и дело посматривала на вход, не в состоянии расслабиться до конца. Изнутри грыз червячок иррациональной тревоги.
Взгляд зацепился за Ариану, скучающую под большим апельсином. Я взяла с подноса очередной бокал и отправилась к ней.
– Привет, - поздоровалась я.
– Привет, - без особого энтузиазма ответила коллега.
— Не видела Ялмера?
— Нет. По-моему, он еще не приходил.
– Понятно, - я вздохнула. - На самом деле, я видела его до того, как пришла сюда. И, кажется, он был не в настроении. Может, и вообще передумал показываться.
– Даже так, – Ариана нахмурилась. — Наверное, опять из-за нее.
– Из-за кого?
— Не важно, - она махнула рукой.
– Понятно, - пробормотала я.
Я всегда была очень открытым для общения человеком, но сейчас разговор не клеился. От неловкого молчания спасли эффектная фигуристая женщина и бодрый старик, которые подошли к нам.
– Вижу у нас новое лицо, - с энтузиазмом заявил старик.
– Флор ван Дарен, - представилась я. – Маг-природник. Работаю тут четыре дня.
– Вот как, - он потряс мою руку. – Морис ван Кроутен, зам по науке.
– Розанна Артвер, – улыбнулась женщина.
– Вы учились не у нас, – констатировал ван Кроутен. - Иначе я бы помнил.
– Да, я закончила Эльхинский.
– Ай-ай-ай, – укоризненно цокнул мужчина. - Зачем же было ехать в такие дали, да еще и к этому мерзавцу ди Касселю?
– Не обращайте внимания на этого ворчуна, – рассмеялась лисса Артвер. - Морис просто ревнует, потому что считает свой факультет лучшим во всей Альдонии.
– На всем континенте, - поправил тот, - если не дальше.
– Очень странно в свете того, что он сам закончил Эльхинский, - заговорщицки понизила голос лисса.
– Что не считается позорным пятном на биографии, потому что тогда его еще не возглавлял ди Кассель, – фыркнул ван Кроутен.
– Прошу меня извинить, - пробормотала Ариана и отошла, но на ее уход никто не обратил особого внимания.
– Какая у вас интересная брошь, – заметила лисса Артвер. – Это эмаль?
– Да, – я коснулась неподвижного Листика кончиками пальцев. - Папа привез из Киристана.
– А-а-а, - протянул лесс ван Кроутен и присмотрелся. – Знаменитые киристанские эмали.
– Вы разбираетесь? - удивилась женщина.
– Только потому, что в Киристане основной мотив декоративно-прикладного искусства – это растения. И в рисунках, вышивках или украшениях порой можно найти очень интересные экземпляры. Это, как я понимаю, ерidеndrum аmаbilе? Неожиданно для Киристана, они там не растут.