– Мы привыкли, - спокойно ответила Марика.
– А мужчины? Вы говорили про мужчин.
– О да, - Марика понизила голос. - Лайла выбирала самых лучших. Банкир, владелец ювелирных лавок, знатный лесс. - Она огляделась и сказала еще тише. - Ходят слухи, что в прошлом году у нее даже был короткий роман с принцем Хелесаром.
– Ого, - оценила я.
– Все же Лайла была очень красивой женщиной. Хоть и вздорной.
– А сейчас у нее с кем-то был роман?
– Не знаю насчет романов, с банкиром Лайла рассталась месяц назад – он ей наскучил. Но поклонник был точно. Какой-то Вернор ди Претцель.
– Ди Претцель… – повторила задумчиво.
Фамилия показалось знакомой, вот только вспомнить, откуда я могу ее знать, не получалось.
– Странный парень, – продолжила Марита. - Постоянно писал ей стихи и картины.
В голове щелкнуло. Ди Претцель… Кристобаль ди Мерген в вечер своего убийства была на презентации стихов лессы ди Претцель. Это родственники?
– А что Лайла?
– Лайле такой поклонник был не интересен. Пусть и аристократ, но всего лишь младший сын без внятных перспектив. Он не мог дать ей то, чего она хотела.
– М-да, - протянула я.
– Непонятно, что теперь будет. Надолго театр не закроют, конечно, но все-таки…
– Кто получит роли Лайлы? – не могла не спросить я.
– Не думаю, что это будет одна актриса. Аурэль отойдет кому-то помоложе. Роли вроде Доминики из «Темной принцессы» или Лорны из «Возвращения» – скорее всего Норе Кальвер. А остальное Делле Роу, которая была примой до появления Лайлы.
Я кивнула, но запоминать не стала. Очень сомневаюсь, что дело в театральных разборках. Нет, это именно маньяк, а не простой подражатель. И это значило только одно: на трех жертвах дело может не закончиться.
Выйдя от Марики, я решила все же отправиться к Амелии. Хотелось поделиться с кем-то, проговорить мысли вслух. Конечно, лучше всего для этих целей подошел бы Рэйч, но где же его найти? Самый загадочный человек в Альдонии приходил только тогда, когда сам этого хотел.
К счастью, Амелия оказалась дома. Встретив прямо в холле, она схватила меня за руку и повела к себе.
– Ты уже знаешь, да?
– Знаю, – вздохнула я, не торопясь говорить, что узнала об убийстве едва ли не первой.
– Вы вчера так неожиданно уехали. Мы тоже не стали задерживаться и успели убраться еще до того, как театр наводнили следователи и стража. А сегодня утром увидели газету. Это же надо было придумать – Садовник.
– Согласна, мне тоже не нравится.
Она завела меня в свою комнату и закрыла дверь. Я упала на диван, давая ногам отдых. Листик тут же сполз с моей руки и отправился шарить по углам. Ему было интересно все новое.
– У Баста должен был быть выходной сегодня, – продолжила подруга, с любопытством следя за моим питомцем. – Но его вызвали в Департамент с самого утра.
– Не удивительно. Сейчас вся Уэрта на ушах.
– Не представляю, кем нужно быть, чтобы такое сделать.
– Я тоже не представляю. Вот только очень хочу об этом подумать.
– Подумать? – удивилась Амелия.
– Ты же видела, у нас большая библиотека. Есть книги по риторике, страноведению, логике, юриспруденции. По психологии есть тоже. В том числе и по психологии преступлений. Я однажды нашла книгу, которая так называлась, и мне стало интересно.
– Пусть бы этим занималось следствие, - подруга вздохнула.
– Да, но… – я замялась. – Понимаешь… Никак не могу выбросить убийства из головы. Потому что видела всех трех жертв.
– Видела? - Глаза Амелии стали похожа на блюдца.
– Первую нашла официально, - кивнула я. – На вторую наткнулся Листик и потом привел к ней меня. Правда, мне удалось удрать еще до того, как это кто-либо заметил. А третью мы с мамой видели вместе. Бабушка отправила нас к Лайле Рокант за автографом, ну и вот…
– Боги. - Она прижала ладони к щекам. - Тебя, случайно, на невезение не прокляли? Может, в храм сходишь?
– Моего имени в газетах нет, спасибо лессу ван Рибергеру, но легче от этого не становится. Я видела жертв, знаю, как они погибли, и очень хочется ответить на вопрос «почему они погибли».
– И есть идеи? – Амелия прищурилась.
– Как тебе сказать… – Я задумчиво уставилась в потолок. - Если та книга не врет, они стали не случайными жертвами. Маньяк выбрал их не потому, что все три женщины просто удачно подвернулись под руку. Он хотел убить именно их. Значит, есть причина, по которой он такой выбор сделал.
– Звучит логично.
– Все трое – молодые женщины, яркие и красивые. Лайла Рокант – не аристократка, поэтому этот критерий можно забыть.
Подруга сбросила туфли и забралась с ногами ко мне на диван. Коротко постучав, вошла горничная с чаем. Наевшись пирожных у Мариты, я выбрала канапе с копченым мясом. А Листик сразу устремился к блюдцу, на котором лежало специальное приготовленное для него шоколадное печенье.