— И еще, — глава агентства уставше посмотрел на своего сотрудника, — у меня есть мысли насчет того, откуда может быть Ахео. И если это окажется правдой и про это узнают народ и другие миры, паники не избежать.
— Может тогда просто сдадим его на опыты в Немию? — с сарказмом произнес Вар, — и проблем не будет, и поисследуют его хорошенько. В Немии же разрешены опыты на людях, вот пусть и развлекаются.
— Какой ты добрый, Вар, — вздохнул Альфред и протер глаза, — мне казалось, что вы нормально ладите.
— Ага, конечно. Он только и делает, что пытается выбесить меня. И держит он все наше агентство за группу идиотов.
— Возможно, в чем-то он и прав...— шепотом сказал Альфред, — давай так, если у Ахео выяснится еще какая-то потенциально опасная способность, то тогда будем разговаривать с Немией насчет исследований. А днем я приведу к нам врача, и он Ахео осмотрит.
Стоящее за дверью то самое "существо" не знало, как реагировать на такое.
Ахео медленно отошел от кабинета, попытка кому-то здесь довериться с треском провалилась.
— Нет, они этого не сделают, — в голове снова образовался хаос из мыслей и непонимания, что делать, — я же...я ведь живое существо, вполне разумное. Почему сразу на опыты? Они так меня боятся?
Он сделал еще несколько шагов назад.
— Если расскажу об этой светящейся штуковине...они точно меня куда-нибудь сошлют, — Ахео начал нервно прикусывать нижнюю губу, — надо бежать отсюда. Да...если я так опасен и они не хотят иметь со мной дело, лучше уйти. И ни на какие опыты я не собираюсь, мне нужно выяснить, кто я такой! Хотя этот Альфред явно что-то знает....нет, если начну расспрашивать, он поймёт, что я подслушивал и догадается, что что-то не так.
Сколько раз смотритель говорил Ахео, что нельзя выходить на улицу без сопровождения, тем более ночью. Но что делать, если этот же самый смотритель хочет от тебя избавиться?
Ахео быстро вернулся в свою комнату. Брать ему было особо нечего, тетрадь, карандаш, да какая-то старая и пыльная накидка, которую существу великодушно дали, чтоб не замерз в такую погоду. Эта бесполезная тряпочка была белая, с эмблемой в виде хризантемы на рукаве.
Надев накидку и взяв тетрадь, Ахео вышел в коридор и тихими, но быстрыми шагами направился к выходу.
— Главное не шуметь, — судорожно думал он, — если поймают, точно либо на опыты отправят, либо убьют за подозрение в шпионаже.
И как назло, все пошло не по плану.
До двери оставалось всего пару шагов, как вдруг из груди Ахео снова появился свет, в этот раз он был даже ярче, чем в прошлый.
— Да что ж ты так не вовремя, — Ахео очень быстро попытался закрыть свечение накидкой, но она была настолько тонкой, что ничего не вышло. В этот же момент он почувствовал, как от сердца и по всему телу будто начала растекаться тёплая энергия. И тут Ахео ощутил неожиданный прилив сил.
Он подошел к двери и хотел аккуратно открыть ее, но стоило ему к ней легонько прикоснуться, как она с грохотом упала, причем с небольшим куском стены.
— Что за....— Ахео удивленно смотрел на упавшую дверь. Он уже собирался наклониться за ней, чтобы поднять и попытаться прикрепить на место, но услышал, как в коридоре агенты начали выходить из комнат из-за шума. Сваливать нужно было немедленно.
Выбежав из здания, Ахео сразу ощутил всю прелесть дождливой и ветреной погоды. Капли то и дело попадали ему в глаза, мешая смотреть, куда он вообще несется. Ветер был порывистым и таким сильным, что чуть не сбивал Ахео с ног, будто не желал, чтобы он уходил из агентства.
Через некоторое время все стихло. Дождь стал меньше, а порывы ветра и вовсе прекратились.
Ахео, убежав уже достаточно далеко, смог наконец осмотреться. Он оказался посреди темной улицы, с еле работающими фонарями. Дорога была вся в огромных лужах, некоторые небольшие вывески магазинов снесло ветром, и поэтому они валялись где-то на асфальте.
Ни в одном окне не горел свет, людей на улицах также не было, отчего Ахео ощутил странное спокойствие. Будто без людей ему стало свободнее и легче.
Он сделал большой вдох, почувствовал запах мокрой земли и улыбнулся.
— Надо же, пока не так страшно, — Ахео медленно пошел вдоль улицы, осматривая здания, но из-за тусклых фонарей почти ничего не было видно. Тут он резко вспомнил про странное свечение из сердца и, убедившись, что оно исчезло, выдохнул, — вот когда нужно, ты, конечно, не светишься. Хоть бы фонариком послужило.
Ахео задумался о том, что теперь делать дальше. Он один, в неизвестном месте, без жилья и еды, без денег. Появилось ощущение, что побег был слишком импульсивным решением и его стоило обдумать.