«Мания», – про себя поправила его Ядвига.
– Ох, давайте поговорим о чем-то более приятном, – предложила Кассандра. – Я вот давно вас хочу спросить, господин, – обратилась она к Фариду Садриддину, – как у вас делают такое удивительное вино?
«Ага, про своих врагов говорить не хочет, – подумала Ядвига, – а султан, наверное, имеет в виду случай с проклятием, наложенным на его детей. Но здесь ведь все ясно: неужели он думал, что отвергнутая женщина может остаться другом?»
– …виноград, выведенный нашими виноделами, – заканчивал в этот момент султан свой рассказ о местном вине. – Его давят феи, которых специально с этой целью приглашает великий колдун султаната.
– Ах, вот в чем секрет! – всплеснула руками Кассандра, а Ядвига опять подумала о нелепости подобных фраз.
– Хотела бы я на это посмотреть, – буркнула она.
– Конечно, посмотрим. Это незабываемое зрелище! – ответил с небывалым энтузиазмом Фарид Садриддин. – Дорогие гости, хотите ли послезавтра поехать с нами? Это дальняя деревня, а завтра бал, к которому наши госпожи захотят как следует подготовиться. Но на следующий день мы вполне можем предпринять это путешествие. Вы ведь там не бывали, многоуважаемый Азир Буюкголь?
Султан Аль Гаоля признал, что не бывал на виноградниках и в той дальней деревне, где виноград обрабатывали и делали из него вино. Ядвига пару лет назад ездила во Францию в автобусный тур. Ее жутко утомила поездка, и условия были ужасные (а что еще хотеть за те центы, которые она заплатила), но зато их отвезли в замок, где делали вино. Интересно будет сравнить.
– В соседней с нашей стране, – аккуратно подбирая слова, заговорила Ядвига, – тоже делают вино. Считается лучшим в Евро… лучшим в округе. И я видела, как его делают. Очень любопытно будет сравнить!
Фарид Садриддин хмыкнул и пристально посмотрел на Ядвигу, доселе не отличавшуюся большим энтузиазмом и интересом к чему-либо.
– Буду рад, дорогая, если тебе понравится. Пока дегустируй вино. Уверен, оно превзойдет твои ожидания.
Ядвиге захотелось сказать какой-нибудь тост, но судя по всему, здесь не принято было их произносить, поэтому она сделала глоток, молча пожелав себе крепкого здоровья и счастья в личной жизни. «Мутабор», – зачем-то добавила она и почувствовала небывалый прилив сил…
***
На следующий день первым важным событием должен был стать не бал, а приезд сына Фарида Садриддина. Где-то его мотало последние годы, да так далеко, что он даже не успел на похороны матери. Впрочем, как успела заметить Ядвига, этому в султанате не придавали такого значения, как в ее стране. Но Фарид Садриддин, пришедший в ее покои утром, начал разговор совсем не о сыне.
– Что вчера произошло на торжественном ужине? Я жду от тебя подробностей, – начал он с места в карьер. – Вечером мы с Азиром заигрались в шахматы то поздней ночи, и я не стал тебя беспокоить. Так что случилось?
– Понимаете, на спине на платье разошлись нитки. Я боялась, что сделай я хоть шаг, и оно свалится с моих плеч.
– Это я понял. Меня больше интересует две вещи: кто его так плохо сшил и как ты исправила ситуацию. Первый вопрос я уже попытался выяснить. Швеи клянутся, что все сделали хорошо, и на платье не могли разойтись нитки. Значит, кто-то воздействовал на них силой магии: либо, когда шили, подсунули заколдованные нитки, либо, когда ты вошла в зал, сделали так, чтобы они разошлись. Есть ощущение, что это может быть связано с попыткой тебя отравить. Теперь давай перейдем ко второму вопросу. Ты что-то сделала?
– Ой, вы будете смеяться! – Ядвиге было крайне неловко говорить о магии так, словно она в нее поверила. Вот султан-то обрадуется! – Понимаете, я от отчаяния постаралась вспомнить заклинания из наших мультиков… простите, ну, как бы сказать… заклинания, принятые в нашей стране. И я вспомнила два. Произнесла. Платье и сшилось обратно. Такие чудеса.
– Ты их доселе не практиковала? – удивленно поднял брови Фарид Садриддин. – Тебя ничему такому не учили?
– Нет, – честно помотала головой Ядвига, – ничему такому у нас учить не принято. Массово, по крайней мере.
– Понятно. Скажи мне эти заклинания. Пошли на балкон, чтобы тебя никто посторонний не услышал.
Он велел служанкам оставаться в комнате, а сам повел Ядвигу на балкон.