Султан вздохнул и сказал чуть более добрым голосом:
– Многим сначала бывает сложно. Привыкай. Пути назад у тебя нет. Чтобы не скучать, найди себе занятие, – он задумался на минуту, – вышивай, например. Велю принести тебе ткани и нитки с иголками.
Вот уж чего не хотелось, так это вышивать! Ядвига от этой мысли содрогнулась: у нее со школы не ладилось с уроками домоводства, а после она к ниткам с иголками не прикасалась. Даже одежду старалась покупать с чем угодно – молниями, поясами, шнуровками – только не с пуговицами, которые теоретически могли оторваться и вынудить взяться за иглу.
– Не надо тканей и иголок, – сказала Ядвига тихо, но настойчиво. – Я подумаю, чем заняться. Спасибо за совет.
Позже служанка, отпаивая ее горячим чаем, шепнула:
– Госпожа, вам повезло! А то бы посадили под замок в подземелье для острастки. Говорят, там страшно – жуть! С вами, госпожа, ничего такого не сделали, видно султан, действительно, к вам по-доброму относится. Но вы больше не бегите отсюда. Все равно поймают.
Однако Ядвиге надоело однообразие. Может, это и не подземелье, но тюрьма точно: три комнаты, часть дворца, парк – вот и все раздолье.
– Книги-то у вас есть? Библиотека что ли какая-нибудь? – спросила она у девушки. – Я бы почитала. Про интернет не спрашиваю: его точно нет. Уверена.
На лице служанки отразилось непонимание. Однако она ухватила первую мысль.
– Книги есть. Только надо спросить дозволения господина. Если он вам позволит, то мы вас сопроводим в великое хранилище книг.
Но до великого хранилища книг дело не дошло, потому что вскоре случилось второе событие: умерла старшая жена султана. Она долго болела и, тем не менее, ее смерть повергла весь дворец в уныние. Более всех, конечно, страдал султан. Он пришел к Ядвиге в покои и разоткровенничался.
– Она всего на три года меня моложе, – рассказывал Фарид Садриддин Ядвиге за обедом. Он не всегда приходил к ней разделить трапезу, однако, в этот раз ему явно хотелось с кем-то поговорить. – Мы познакомились, когда были детьми, и я сразу решил на ней жениться. Лиара – дочь нашего соседа, дочь султана. Она отличалась необыкновенной красотой и прекрасным характером до самых последних дней. У нас есть сын. Ты скоро с ним познакомишься – он прибудет из путешествия к моему дню рождения. Больше детей нам судьба не дала.
Во дворце поговаривали о странной болезни Лиары. Якобы, она отличалась отменным здоровьем, но после рождения первого сына больше зачать не смогла. А в последние два года слегла, лишь изредка вставала с постели для короткой прогулки. Лекарь не смог ее вылечить, хотя и готовил зелья из лучших трав, которые росли в его огороде. Лекари, приезжавшие из других стран, тоже не смогли ничем помочь – только разводили руками. О странной болезни никто не слыхивал, а лечить неизвестное непросто, а то и невозможно. Даже великий колдун султаната смог лишь облегчить состояние Лиары – болезнь не отступала.
– Великий колдун считает, что кто-то использовал магические заклинания, причем сильные. Такие, которые даже он снять не способен. И тут мне в голову приходят только два варианта: либо в стране есть тайный враг, скрывающий свои силы, либо этот тайный враг живет не в моем султанате, и вычислить его будет еще сложнее. Пока моим помощникам ничего выяснить не удалось, а единственной зацепкой является мнение великого колдуна, который никогда не ошибается в подобных делах.
Ядвига хотела сказать, что, наверное, следовало отвезти Лиару в более продвинутое в плане медицины государство, положить в больницу, провести обследование и лечить современными лекарствами. Но она знала, что наткнется на стену непонимания, а то и гнев, поэтому сочувствовала горю султана молча, без комментариев. Ее опять поразила вера местного населения в магию и народные средства. Нет, в Польше тоже многие использовали травы, настои и прочие традиционные методы. Тем не менее, официальная медицина отрицалась лишь совсем отсталыми людьми. А уж колдовство и магия!.. Пожалуй, они давно остались только в сказках.
Хоронили людей в Аль Бахире тоже странно: простые люди исчезали без следа, а знатным устраивали пышную церемонию, после которой они тоже исчезали. Но в пантеоне, стоявшем в самом дальнем углу парка, появлялась их статуя, детально воспроизводившая внешность умершего. Понятное дело, Ядвиге говорили, что это специальный магический ритуал. Никаких кладбищ в султанате не то что не признавали – о них не слыхивали и слова такого в языке не существовало. Сама Ядвига полагала, что человека просто кремируют, а статую делают быстро по слепку, как посмертную маску. Статуя Лиары мгновенно появилась в пантеоне, и Ядвига не могла не признать, что она безумно похожа на старшую жену султана – как живая.