Он предвкушал, что дорога выведет его именно туда, куда ещё не ступала нога его отца, туда, куда так стремился он добраться. Владимир увидел впереди просвет и услышал голоса, когда путь ему неожиданно преградила девица в белом платье с длинными чёрными волосами, закрывающими её лицо.
Владимир испуганно остановился. Она появилась пред ним, будто из воздуха, всем своим неподвижным видом вселяла страх. Владимир замер, хотя хотелось бежать обратно со всех ног.
— Кто ты? — прошептал он, озираясь по сторонам, ища путь отхода.
Девица подняла руки с длинными чёрными ногтями и убрала волосы с лица, открыла лик, улыбаясь клыкастой острой нечеловеческой улыбкой.
— То мой вопрос, птенчик, — ответила она и облизнулась от предвкушения. — Кто ты?
Владимир не мог отвести взгляд от бездонных чёрных глаз зеленокожей девицы. Испуг его смешался с любопытством, напряжение в теле сковало мышцы, чтобы коли придётся вступить в бой али убежать.
— Человек, — ответил он по-простому.
— То уж я и так вижу, чай не слепая, — девица резко прильнула к нему и впилась когтями в плечо, не давая дёрнуться, сбежать, втянула носом воздух у его шеи. — Вкусненький, такой…
Владимир замер и с интересом наблюдал за этим странным существом. Она убрала руку, оставляя царапину, и обошла его кругом, проводя ногтём по его спине.
Владимир тут же обернулся не желая спускать глаз со своей новой знакомой.
— Давно я такого сладкого аромата не слыхала, — девица облизнула длинный ноготь, что оцарапал кожу на его плече. — Хи-хи-хи, а я думаю почему ты тут бродишь, будто в хате у себя, и никто тебя не гонит и не чует? Да и я бы не учуяла, коли б своими глазами не увидала чужака этакого.
— А кто вы, позвольте узнать? — спросил он, желая перевести разговор и узнать чего надобно этому духу от него.
— Кикимора, — прошептала она и хищный острый оскал с длинным чёрным языком изуродовал ещё больше её лицо. — Ой!
После краткого щелчка она исчезла.
Владимир посмотрел в стороны и обернулся обратно к просвету, за которым скрылись Ядвига с Ярославом, но теперь путь ему преграждал огромный волк.
— Я так и знал, что ты не дашь мне пройти дальше, — со вздохом ответил Владимир и опустил руки. — Как впустил, так и выгоняешь?
— Знаю я зачем ты пришёл, знаю кто идёт за тобой, — проговорил волк человеческим голосом. — Я тебя впустил, потому как добрый посыл в твоей душе был, светлый, подарок принёс непростой. Сейчас же в сердце твоём другой посыл, но не тот путь ты избрал, чтобы задуманное свершить. Этот путь приведёт во тьму не только твою душу, потому, нечего тебе здесь делать. Но не дам я свершить тебе задуманное, не ценой покоя Тёмного леса. Ни злато, ни пещеру не найдёшь. Не позволю, покуда путь другой не изберёшь.
— Даже ради её жизни? — с вызовом спросил Владимир.
Волк прожигал его непреклонным взглядом. Он ничего не ответил, лишь махнул хвостом и тропа исчезла, голоса Ядвиги и Ярослава пропали, остались где-то там, далече отсюда.
Из-за плеча Владимира вышла девица в длинной белой рубахе с длинными светло-русыми волосами и голубыми глазами, и лишь оскал нечеловеческих зубов выдавал её истинную сущность.
— Как я хороша-а-а, — пропела Кикимора в новом обличье и покрутилась перед застывшем в неверии Владимиром и оскалившемся волке, оглядывая свои красивые нежные руки и волосы. — Что твоя кровь со мной сотворила, хи-хи-хи!
Резкий рык и утробное рычание заставили Кикимору остановиться и замереть, глядя в глаза злому волку. Она разом вся сжалась и пролепетала:
— Шучу, хозяин, порадовать хотела только… — промолвила она тихо и вмиг стала самой собой. — Уж больно сладкая кровушка у него была, не удержалась.
Волк клацнул пастью у лика Кикиморы и она тут же исчезла, трусливо сбегая от гнева хозяина леса.
— И ты уходи! — он прочертил борозды когтями по земле и позади Владимира открылся прежний тёплый лес, тёплые лучи солнца грели спину, послышалась птичья весёлая трель. — Не дам я тебе свершить задуманное, не такой ценой. И даже согласие Клавдии мне не помеха, хитрый чёрный лис.
Владимир крепко сжимал кулаки и на его щеках заиграли желваки от сдерживаемых слов и чувств. Он понял, что Хозяина леса не переубедить, не уговорить. Все его слова, что ветер для Лешего, улетают и не имеют под собой опоры и веры. И что делать ему с этим он пока не знал и лишь пытался отстоять своё.