— Ша пацан, эта падлюга мне за всех ответит. Я поначалу вам не поверил, а теперь… — повернувшись к Юрке, Архипов вдруг заговорил добрым, совсем не похожим на блатной жаргон, тоном, — Она всё время за нами плелась, думала - не замечу. Вдвоём не уйти. Ты должен жить. Беги. И накажи всем забыть сюда дорогу.
Савелий Германович что есть силы, толкнул Юрку культей в грудь. Не удержавшись, тот полетел на землю, Архипов бросился по узкому ущелью. Пока Юрка вставал, пока скидывал с себя рюкзаки да скатки, прогремел чудовищной силы взрыв. Скалы содрогнулись, начался камнепад.
Юрка бежал прочь из ущелья. Бежал так, как никогда раньше. Бежал лучше, чем при сдаче ГТО. Без тяжёлой поклажи тело казалось невесомым. Юрка чувствовал, что камнепад-оползень вот-вот слизнёт его. Мчался на пределе, утешая себя одним – осталось совсем немного. За эти секунды пронеслась перед глазами вся жизнь: отец с худыми руками, мать у печи, война, Сахалин, училище, турклуб, Емельяныч, институт. Картинки последних дней были яркими, словно он заново пережил свои злоключения. В минуту сумасшедшего бега, как ни странно в голову лезли посторонние мысли. Он казнил себя за то, что погубил группу, не смог защитить своих. А Архипов - Человек. Все! Все они люди. Милые, замечательные, советские. Заливаясь слезами, Юрка напряг последние силы для завершающего рывка, сердце билось о рёбра, ещё немного и…
…Юрка полетел с обрыва в ледяные воды фиолетового озера.
-5-
Идут годы. Города растут. Посёлки подобрались к Догой Бужугу почти вплотную. Но в самом урочище никто не селится. Не из-за дурной славы (никто не верит в легенды и сказки) – место уж больно неудобное, да и что там делать, когда кругом столько свободной земли. В девяностые в этих краях туристы набрели на дивного слепого старца, сплошь покрытого струпьями. Деда накормили, спросили, кто он и куда идёт. Старик молчал, из подёрнутых бельмом глазниц сочились мутные слёзы. А потом заговорил. Нёс такую пургу, что даже у видавших виды туристов рассказы эти ничего кроме улыбки не вызывали. Посмотрев на изношенные разбитые часы с зелёным танком, старик спросил немного хлеба и ушёл, не попрощавшись. Туристы – народ любопытный. До Догой Бужуга было рукой подать. Сходили, проверили. Врал старик. Не было там ни сруба, ни древней статуи, ни частокола. Озеро, и вправду, было. Фиолетовое, ледяное, спокойное. Красивое – это точно, но мало ли красивых мест на Алтае?
Конец