- Для постороннего, которому и так сделали одолжение, впустив в этот дом, ты невероятно назойлив – устраивать хозяйке допросы… Ничего не связывает! Совершенно… ничего.
- Ты такая молодая, но уже владелица дома, - осторожно произнес Демьян. «Ну же, Инесса, расскажи мне хоть что-нибудь!» - думал он, пытаясь пробудить в ней хоть частицу живой души или хотя бы вывести ее из себя.
- Верно, – Инесс уже начинал надоедать этот бессвязный разговор. - Ах да! Знакомьтесь – комната, в которой я повзрослею, состарюсь и умру. И человек, которого я не имею малейшего желания знать, - и она безразлично откинулась в кресле, давая понять, что больше не желает продолжать разговор.
Демьян дернулся. При словах «человек, которого я не знаю», его будто резануло ножом.
- Что ж, не очень приятно познакомиться, - заключил он.
Наконец он понял, что все это время, как дурак, стоял рядом со свертком, который выпал у него из рук, когда он вошел. Внутри было завернуто виссоновое полотно. Для Юзефа подозрительно тратиться на такой ценный подарок ради чужого человека. Кто же ты все-таки такой, Юзеф?
На тканом холсте был изображен фрагмент древней картины, какую можно встретить в старых храмах: пылающий огонь, пред которым преклоняются люди. Парень не понимал значения этой сцены.
Он подошел к Инессе и положил сверток ей на колени. Спустя несколько лет он наконец так близко к ней. Но вынужден сдерживать чувства.
- С днем рождения, – только и сказал он.
Она не ответила. Медленно развернула дорогое полотно, коснулась ладонями, пробежалась тонкими пальцами по нитям. Тебе ведь всегда нравились старинные вещи, да, Инесса? Знал ли старик об этом, или просто совпадение?
- Спасибо, - тихо сказала девушка через некоторое время. – Но кому они поклоняются?
- Огню, быть может? - ответил Демьян. Это же очевидно.
- Разве? – Несс с сомнением склонила голову. Казалось, она хочет что- то сказать. Но, передумав, обняла плотно и сжалась в маленькую фигурку. «Ты не сможешь полностью отречься от себя. Внутри осталось то, что ты любишь…» - думал парень.
Так они сидели ещё долго в полной тишине, лишь изредка перекидываясь обрывками фраз. Каждый молчал о своём и мечтал, казалось бы, о несбыточном. А оно было рядом. Но им нужна была эта тишина, то особое одиночество, когда жалость к себе переполняет все твое существо, но ты ощущаешь чье- то сочувствие и молчаливую поддержку, и тишина становится не такой тягостной, приобретая особенный смысл.
Он вышел из её комнаты поздним вечером, когда солнце уже село и холодный ветер подул в раскрытое окно. Парень закрыл окно, напоследок оглянулся и обвёл взглядом всю комнату. Низкая кровать, чтобы Инессе легче было на неё забираться. Массивный стол, совершенно пустой. Впрочем, как и вся комната – голые стены, шкаф, тусклый свет. Инессе ничего не нужно было. Зачем нужен свет в комнате, где живет слепая? Лишь на одной стене теперь висело на всю ширину полотно из виссоновой ткани. Оно изображало людей, бьющихся на земле в поклонах, а вокруг них кольцом бушевало неистовое пламя.
В высокой гостиной, со вкусом и величественно отделанной, его встретила помощница Тая. В своих очках и строгом черном костюме она выглядела намного старше мальчишки. Её внешность будто выдавала в ней человека, всё привыкшего держать под контролем.
Таисия улыбнулась ему.
- Вы уходите? – спросила она. – Солнце уже село, а добраться отсюда до дороги ночью почти невозможно (что Демьян вполне себе представлял после дневного марш- броска по полям). Вы можете заблудиться! К тому же, это небезопасно, - она бросила беглый взгляд вглубь коридора, где находилась дверь Инессы. – Говорят, два года назад недалеко произошел несчастный случай…
Демьян сдержал скептическую ухмылку.
- Я помню, - кивнул он, - похоже, вы не оставляете мне выбора, - надеюсь, у вас найдется для меня комната и лекарства?
«Несчастный случай?.. - думал Демьян, идя вслед за помощницей по витым лестницам и широким коридорам, будто специально подстроенных под инвалидную коляску, - Если бы вы знали, Тая, насколько были близки к истине, говоря мне ТАКОЕ…»
И если бы только сам Демьян знал, насколько от этой истины был далек…
В ту ночь, ежась на пышной кровати с балдахином, Демьян задавался вопросом, как он мог быть так самоуверен. Ведь только переступив порог, он не мог пошевелить ни клеточкой, но, увидев Инессу, понял, что не один чувствует себя не в своей тарелке. Сита тоже была одинока. А когда находишь родственную, похожую на твою, душу, то на сердце сразу становится чуточку теплее и спокойнее.
«Мне сегодня приснился очень странный сон, Сита. Надеюсь, тебе снятся такие же мирные, безмятежные сны», - думал он в ту ночь.