Он неловко замер у порога в оранжерею, поняв внезапно, что ворвался в кабинет самым наглым образом.
Он ожидал теплого приема, рассчитывая на Пелагею Григорьевну, но все шло не по плану. Кто же иной мог находиться в кабинете директора в его отсутствие?
Вспоминая, какие изменения претерпел этот «новый» мир, Демьян испуганно признал, что этой женщиной и может быть его директриса. Но, быть может, Пелагея и не была здесь никогда директрисой? Так же как и девушка, встреченная им в больнице, занималась лечением больных, хотя в прошлой его жизни была лишь помощницей врача. Как и Юзеф, который теперь не знаменитый Лавочник, а местный сумасшедший. Но кто так изменил их мир?
- Добрый день. Позвольте узнать, кто вы? – женщина резко обернулась к Демьяну, с которого успел сойти уже третий пот. Она была совсем молодой, такую можно было бы спутать и со студенткой. Ее лицо будто соответствовало строгому стилю ее костюма. А очки с тонкой оправой только подчеркивали цепкий взгляд.
- А где же директор? – исступленно спросил он.
- Я директор. Таисия Ефимовна, - просто ответила женщина. – Ах да! Вы, верно, в замешательстве, потому что табличку перед дверью пока не успели сменить. Я совсем недавно в новой должности.
Ее звонкий, звучный голос вновь разбудил его воспоминания. Демьян закашлялся, чтобы сдержать неожиданно подступивший приступ смеха. Как же неумолимо повернулась судьба! Девушка, которую все ласково называли Тая, теперь стоит за директорским столом, и он должен уважительно обращаться к ней на «Вы»!
- Простите. А Пелагея Григорьевна?
Ему начинало казаться, что его прошлого и не существовало. Действительно ли существовали все эти люди, и Юзеф, и Пелагея Григорьевна, каких он знал? Он сам? Если он сейчас уйдет, вспомнит ли о нем хоть кто-нибудь?
- Ушла на покой с нервным расстройством. Она всегда была очень чувствительной, слабой женщиной, а смерть мужа так вообще из колеи выбила. А как несчастье с ее детками случилось, то и вовсе от переживаний слегла, себя корила, – сокрушалась Таисия.
И опять загадки, загадки… Похоже, информацию ему придется из каждого вытаскивать силком.
- Скажите, пожалуйста, а что же случилось? – наивно перебил Демьян. Ну, правда, что же? Исправил ли он свою ошибку? Изменил ли прошлое Инессы?
Он лишь вспомнил, как медсестра упомянула какого-то мальчика, сорвавшегося с обрыва. Это не Инесс. Значит, она не упала, она жива и здорова, она сможет его увидеть!
- О-о-о. Вы, похоже, не отсюда. Хотя и местные-то ничего не знают об этой трагедии, так странно... Но я всё знаю. Вот что было -детей из интерната отправили на прогулку, а те сбежали играть в лес, пока воспитательница отвлеклась. За лесом егерь Фестер держал псарню. Жестокий был, постоянно выпивал и лупил своих собак. У них еще в этот период какая-то зараза завелась, все сразу как с ума посходили, вот и сорвались с цепи, накинулись на него, растерзали. А потом от крови вообще обезумели…А тут наши дети…Если бы охотники прибыли раньше, ничего бы не случилось! Если бы не отправили детей, если бы, если бы… Хоть Миан с Ситой и задержали самых борзых… но какой ценой… - она глубоко задумалась.
«Не-а. Они задержались, потому что я там валялся. Ну, или меня упорно валяли…», - мрачно возразил ей в мыслях Демьян.
– Почему же они не дали этому огласку? Не нашли виновных, не помогли тем, кто ранен?! Они закрыли на все глаза. Почему?! Почему они обвинили детей?! Это так бесчеловечно…
Больше она не могла говорить. Тая была эмоциональным человеком и никогда не могла сидеть без дела и ничего не предпринимать. Особенно если это касалось жизней других людей. Но тут ее инициативу душили и связывали ей руки. Ее положением, репутацией, ее детьми-сиротами. Демьан понимал, что ей сейчас трудно и что нужно бы отходить от этого разговора. И решил наконец-таки проявить хорошие манеры. «То, что Тая здесь новенькая, и то, что пока она хорошо не знает детей - это мне на руку. Ничего не заподозрит», - думал он.
- Мне всё же стоит представиться. Я Демьян. Раньше жил в вашем интернате. Здравствуйте.
Несколько секунд Таисия заинтересованно разглядывала Демьяна.
- Ах, вот как. Вы, наверное, повидать прежнюю директрису пришли? Очень жаль, я ничем вам не могу помочь.
- Почему же не можете, Таисия Ефимовна? – усмехнулся Демьян, рухнув на стул напротив директорского кресла. Уже схватившись за спасительную соломинку, он не собирался ее отпускать. – Всё в ваших руках. Устройте меня на работу здесь, пожалуйста.
Таисия так и застыла, уставившись на парня. Принципами её жизни были ответственность, безукоризненность и сдержанность. И эта внезапная просьба вкупе со странным парнем, одетым чуть ли не в лохмотья и весьма резко изъясняющегося, потрясла ее и напугала.