Если бы он знал это… Если бы не отлеживался в бессознательном состоянии в больнице и сразу нашел его! Тогда бы не было сейчас так больно…
Понимая, что больше ничего не может сделать для Юзефа, он увязался за гробом, от бессилия топча упавшие цветы.
Он думал, что в его распоряжении много времени, но оказалось, что его мало у других. Времени совсем нет. Оно летит, его нельзя отложить «на потом». Похоже, он поплатился за свою беспечность. Жизнь – это время. А тот, кто не ценит время – не ценит и саму жизнь…
Кладбище было неухожено и заброшено, у входа столпилось действительно очень много людей.
«Старик был со многими знаком. Не имеет значения, с какими намерениями, но чтобы все эти люди пришли на твои похороны? А ты, оказывается, был уважаемым и влиятельным человеком, Юзеф», - задумался Демьян.
«Кто же ты?»
Гроб опустили в землю. Демьян стоял поодаль и наблюдал за погребением. Люди вставали в очередь, неловко склонялись, зачерпывая горсти землю, и бросали их в яму.
А внутри покоился тот, к кому он не успел. Кого он не поблагодарил за подаренный шанс жить иной жизнью. Тот, кто принял такого оборванца под свое крыло, кто совсем недавно улыбался ему и жал ему руку. И до сих пор ладонь чувствовала его тепло. Вот только другая ладонь была теперь холодна, как лед.
«Для меня ты был удивительным человеком», - шептал про себя Демьян. «И мне очень часто доставались от тебя оплеухи. И мне пришлось вынести много твоей ругани. И как только моя бедная голова не раскололась? Но я все же знал, что ты меня любишь. Да я и сам к тебе привязался… И нам теперь, похоже, уже не разорвать эту связь, раз уж я стою здесь, перед тобой».
Рабочие взялись за лопаты, толпа обступила их кругом. Демьян рассчитывал спокойно дождаться, когда с погребением закончат, и уйти. Его бы всё равно некому было бы остановить.
Но он всё стоял.
Он слышал глухие удары комьев земли о крышку гроба, лязг лопат о камни.
Не выдержав, будто от его действий что-то изменится, он сорвался с места и подступил к окружавшим яму людям. Еще несколько взмахов, и земля полностью покроет гроб.
Демьян до последнего стоял и ждал, когда яма сравняется с землей, будто сомневался в произошедшем. Но это было ему необходимо.
Может быть, там, в другой реальности, где он уже «мертв», его вот так же провожают. Похоже, он совершил большую ошибку. Он отправился туда, откуда уже не вернется. И забыл о маленьком счастье, что уже имел у себя в руках. Хрупкое улыбчивое счастье с тонкими холодными ручками и огромными глазами… Он уже тоскует.
И еще он больше не сможет увидеть учителя. Поэтому нужно прощаться сейчас.
Пора уходить.
Но его будто цепями удерживало здесь. Всё больше его глаза застилала пелена. Все эти размытые люди вокруг… Они тоже ждут, но не ради себя, а чтобы доказать другим, что они скорбят. И эта смутно знакомая женщина, и эти старики, сбившиеся в группу – они ведь были его конкурентами. И он мертв. Так что им теперь от него нужно?
Над могилой установили надгробие. Народ стал расходиться. Демьян был уверен, что у Юзефа нет родственников, поэтому кладбище вскоре опустеет. Люди отправятся на поминки. Но кто их ему устроит?
Вскоре он останется здесь совсем один, поэтому у него будет время привести мысли в порядок. А сейчас у него просто нет сил поднять голову и взглянуть в его глаза.
Парня окружали всхлипы, но он стоял, понурив голову. Ему казалось, что он пуст. Как сердце вообще может биться, если кажется, что даже кровь застыла?..
Но постепенно он оттаивал, и из глухой тишины вокруг него начали проступать иные звуки, кроме биения сердца. Тяжелые рыдания рядом с ним душили его безмолвие.
- На что же ты меня покинул? За что хочешь заставить страдать еще больше? За те жестокие слова, что сказала тебе перед болезнью?
Демьян удивленно повернулся на плач. Рядом с ним стояла, никого не замечая, как и он, та самая женщина. В его голову закралась странная догадка, и он перевел глаза на фотографию Юзефа на надгробии.
«”Родился”… “умер в возрасте 67 лет”… это годы жизни… “благодарю за вместе прожитые годы”… это эпитафия… его имя…”Юзеф”. И его фамилия…», - парень читал снизу вверх. Если подумать, то он даже не знал фамилию учителя, ведь это ему было не нужно...
И внезапно будто треснуло стекло, окружавшее его во все время похорон, и в его мир хлынули те звуки, от которых он отгородился. Вдали замолкал шум толпы, сухими листьями зашелестела трава на кладбище, а из соседнего леса донеслось пение птиц. С глаз спала пелена, и занавес рассеялся. Жизнь вокруг будто бы возобновила свой путь.