- Спасибо, - хрипло произношу я, обращаясь к Карине. Она ведь осталась только ради меня. Решила не оставлять одну, пока я жду Власа.
- Да не за что, - на лице девушки появляется тень улыбки. – Ты тут вообще пострадавшая сторона. Но это никого не волнует. Особенно Таранину. Ты ведь её знаешь, она наказывает всех участников, чтобы никому не было повадно.
- Знаю, - выдыхаю печально.
- Будем надеяться, что всё обойдется малой кровью. – Карина поворачивает голову на бок и смотрит на меня. Её улыбка уже более смелая и подбадривающая. – Всё же, ты не виновата в том, что эти два петуха решили сцепиться именно из-за тебя. Тут все взрослые люди.
- Ага, только по возрасту в паспорте, - не могу сдержать смешок. – А на деле вон дети малые. Причём все.
- В восемнадцать мозги захвачены гормонами, - пожимает плечами моя собеседница, - так что, тут и обсуждать нечего.
На этой ноте мы слышим шорох за спинами и синхронно оборачиваемся. Дементьев непринуждённо выходит из леса и подходит к нам, принеся с собой запах сигарет, исходящий от его одежды и от него самого.
Я невольно морщу носик и поднимаюсь с места. Карина тоже поднимается и поджимает губы, с осуждением глядя на парня зелёными, как хвоя, глазами.
- Имей совесть, Дементьев. Почему мы должны сидеть и ждать тебя? Заварил кашу, так будь добр расхлёбывать первым, а не сбегать. – Накидывается на него шатенка, пряча озябшие руки в кармане спортивной ветровки.
- Я не сбегал, - спокойно отвечает ей Влас, но его взгляд то и дело падает на меня. – Ходил покурить. Мне нужна холодная голова, ведь сейчас нас явно будут учить жизни и доходчиво объяснять, что такое хорошо, а что такое плохо. – Его голос под конец фразы ставится тоньше, изображая детский. И я сразу вспоминаю всем известный стишок.
- Пошли, Лидия Михайловна ждёт нас у себя в кабинете, – решаю прервать перепалку этих двоих. Беру Карину под руку, решив хотя бы так оставить Власа в подобии гордого одиночества, и увожу её за собой в сторону главного корпуса, оставляя брюнета тушить костёр.
Пора получать по заслугам, Дана, так что шагай смело и с гордо поднятой головой, как и учил отец.
Глава 5
Лидия Михайловна сидит в кресле своего кабинета боком к нам. Смотрит в окно. Даже когда мы с Власом проходим внутрь и садимся на кожаный диванчик возле стены, она не отрывается от созерцания потёмок, что царят за окном.
Кабинет небольшой, заставленный лишь самым необходимым: шкаф, рабочий стол, стул, на котором сидит куратор, и диванчик, на котором расположились мы с Дементьевым. Напротив нас висит зеркало. И я невольно кидаю в него взгляд. Оттуда на меня смотрит девушка с неестественным блеском в ореховых глазах. Рыжие кудри растрёпаны, отчего делают меня похожей на ведьму.
Я тихонько вздыхаю. Это привлекает внимание Тараниной и она, наконец, поворачивается. Окидывает нас с Власом уставшим взглядом из-под очков и тоже вздыхает.
- Ну и проблем же вы себе нажили, ребятки. – Качает головой женщина. Не осуждающе, скорее сочувствующе. Тем больше я удивлена, что нас даже не пытаются отчитать. - Даже не знаю, как вас теперь прикрывать перед Рогожиным старшим. Тот будет в ярости из-за сына.
Я молчу, опустив глаза в пол, прекрасно зная нашего депутата не понаслышке. Плюс ко всему, отец часто нелестно о нём отзывался, негодуя, что власти всё сходит с рук из-за толстого кармана и бесконечных взяток.
Поэтому я прекрасно понимаю, что через меня Вячеслав Дмитриевич теперь может свести старые счёты с отцом. Пока я встречалась с Данилом, Рогожин старший хоть и был против наших отношений, но не активно, и закрывал глаза на какую-то давнюю личную вражду с моим отцом.
А теперь… Теперь у депутата появится предлог, благодаря которому можно будет надавить на отца, чтобы тот ещё больше закрывал глаза не только на его тёмные дела, но и на тёмные дела его друзей.
- Лидия Михайловна, отпустите Дану, она тут не причем, - подаёт голос Дементьев. Но куратор лишь шикает на него, резко взмахнув рукой, чтобы тот замолчал.
- Если бы не ты, этого всего вообще можно было избежать, так что молчи. – С укоризной восклицает Таранина, хмурясь. – У тебя и без того личным делом не похвастаешься.
Я с удивлением кошусь на Дементьева. Тот мрачнеет за доли секунды.
- Я бы попросил, - угрожающе понижает голос брюнет. – Личное дело на то и личное.
Завуалированная угроза Власа никак не действует на Лидию Михайловну.
Чего не скажешь обо мне.
Я оказываюсь под нехорошим впечатлением. И впервые смотрю на новенького, как на потенциальный источник проблем.
Под моим внимательным взглядом, таящим немой вопрос, Влас мрачнеет ещё больше.