52. Республиканец в застенках империи.
Якобинец и ищейки Бонапарта.
Беда нашла Луизу д Аркур во время прогулки по оживленному центру города… - Мадам, вы без сомнения, хотели бы увидеть вашего любовника живым? Из кареты высунулся мрачный тип в чёрном.
Луиза сильно побледнела и прижала руки к груди. - Что вы хотите этим сказать? Где он.. что с ним?!
За её спиной возникли трое молчаливых субъектов, отступать было некуда. - Вы поедете с нами… - Кто вы, что вам нужно?! - Мадам, только вы можете спасти Куаньяра.. разумеется, если вам не безразлична его жизнь.. только вы можете сделать его менее упрямым… - Я сделаю всё, что нужно, если это может спасти его… - Мы в этом не сомневались, мадам.. Мы приехали, прошу вас…
Внутренний двор тюрьмы… Посетители, чаще всего женщины, матери и сёстры, жёны и невесты арестантов… Из зарешеченных окон протягивались худые и страшно изувеченные руки: - Рабы корсиканца убивают французских патриотов, нас пытают, мы умираем в муках! Умираем без вины! Да здравствует Республика!
Но из окон соседних камер неслось иное: - Якобинские ублюдки! Будь проклята ваша Республика! Да здравствует король!
За полчаса из нормальной жизни разом попасть в ад или в сумасшедший дом… Луиза не могла себе такого представить. Вот какое страшное нутро скрывало на поверхностный взгляд «мирное благоденствие» повседневной жизни империи! Вот он, этот «железный порядок» Отца Нации, Гения Века, Избранника Судьбы, о котором наперебой трещали газеты, которым восхищались романтичные дебилы всей Европы.
- Вас к нему проводят… - в голосе Клерваля фальшивое сочувствие. А за её спиной бросил, обернувшись к Кавуа: - Она должна увидеть всё как есть.. это должно морально подавить её..
Скорчившись и часто дыша, он лежал на полу у стены, лицо представляло собой кровавую маску, лишь пронзительный женский крик заставил его медленно открыть припухший глаз…