Да, глаза!
Ничего особенного…
Голос Ляли:
— Наташенька, ну где ты? Вот теперь, когда надо садиться за стол, ты пропала! Что ты там делаешь?
— Что делаю? Кота смешу.
Герасим спросил:
— Как это тебе удается?
— Ну, он забирается под кровать, а я его смешу, пока не вылезет.
Ляля:
— Иди сюда сейчас же! Все остывает…
Герасим присел на край ванны.
— Как ты ешь! Тебе осенью в школу, а посмотри, на кого ты похожа? Я буду зеркало ставить перед тобой! Ты ложку не умеешь держать! Растяпа!
— Ну мамочка…
— Я не буду любить тебя такую! Вот если будешь хорошая, тогда буду любить тебя. Мне нужна хорошая, послушная дочка. А такая девочка мне зачем?
Наталья заплакала.
Герасим слушал, — Наталья плачет… вот ложка упала на пол… кот спрыгнул со стула… только Лялю слышно не было.
Опять не успел…
Позвал:
— Ляля!
Она остановилась на пороге ванной.
— Что?
— Пожалуйста, — тихо сказал Герасим, — относись к Наталье бескорыстно. Люби ее просто так.
— Герасим, я не могу видеть, как она играет за столом. Ребенок до сих пор не хочет понять элементарные вещи…
— Но это ребенок.
— Предоставь мне решать, какой должна быть моя дочь…
— Пойми, это важно, это останется у нее на всю жизнь.
— Вот я и хочу воспитать в ней то, что будет ей нужно в жизни!
— Она должна знать, что ее стоит любить просто так… А не тогда, когда она бывает послушной…
Ляля повернулась, ушла.
Стук выдвигаемого ящика, хлопанье ложки о стол.
— Ешь!
Герасим поднялся. Пошел в кухню.
— Наталья! — сказал. — Зачем ты повязала Ваське бант на хвост? Он же не девочка!
Наталья шмыгнула носом.
— А я вот и хочу, чтобы он стал девочкой и родил мне котеночка.
Ляля рассмеялась.
Наталья:
— А вы почему не едите?
Ляля:
— Мы потом. Ешь. Не твое дело.
Герасим сел рядом с Натальей.
— Что нового? — спросила Ляля.
— Ничего особенного…
— Мы встретили Саню, он сказал, что Вдовин переводит тебя в отдел Элэл.
— Да, верно.
— Ты не хотел говорить мне об этом?
— Я как-то, знаешь…
— Послушайте! — сказала Наталья. — Ведь у нас есть кот. Давайте еще возьмем у кого-нибудь кошечку. Она с Васькой подружится, потом они поженятся, а потом у них родятся котятки маленькие. Давайте!
— Наташенька, хватит в квартире и одного кота.
— Ну тогда, мама, девочку маленькую роди!
— А может, Герасим мальчика хочет.
— Ну ладно, пускай мальчика! Только поскорее.
— С ним вот разговаривай.
Наталья надулась…
— Герасим, к этому переводу надо отнестись очень серьезно. Надо подумать, как представляет себе Вдовин тебя и твою роль в новой ситуации. Ты должен понимать, что это, может, самый ответственный шаг в твоей карьере…
— Мама, роди девочку! А то в магазин ходить неудобно.
— При чем тут магазин?
— Да сумку тебе таскать тяжело! А так ты ее на крючок на коляске повесишь, и удобно.
— Ах, в этом дело!
Наталья задумалась.
— А еще я ее хочу, девочку!
— Герасим, надо тщательно спланировать линию поведения. Здесь все имеет значение, каждая мелочь. Если хочешь, я тебе помогу. Давай вместе смоделируем твои разговоры со Вдовиным и с ребятами… Сейчас я уложу Наташу, поужинаем и возьмемся за дело…
— А я не хочу спать, мамочка!
— Тебя, Наташенька, никто не спрашивает.
— А девочку родишь?
— Знаешь, — сказал Герасим, — не надо сегодня…
— Ты считаешь, это можно отложить? Герасим, это очень важно для всего твоего будущего! Хорошо, я продумаю и потом обсудим…
— Вот я буду мама, у меня будет много девочек!
— А справишься? Одна будет говорить — манную кашу не хочу, другая — спать не буду…
Наталья насупилась.
— Ладно, одну рожу…
— Учти, Герасим, тебе предстоит пройти через сложную расстановку сил, но, конечно, игра стоит свеч…
— А форму купили? — спросил Герасим. — Надо бы заранее!
— На следующую неделю у меня запланировано.
Наталья начала вылезать из-за стола, неловко повернулась, упала, ударилась; горько заплакала.
Ляля прижала ее к себе; в сердцах, Герасиму:
— Лучше б я так ударилась.
Наталья вскрикнула:
— Нет!
И заревела пуще прежнего…
Потом Герасим укладывал Наталью, она упрямилась; он уговаривал, она сбрасывала с себя одеяло.
— А я все равно не засну!
— А знаешь, это ведь у тебя волшебная подушечка. Вот ты легла — и скажи ей: «Подушечка, подушечка, давай спать!» — и сразу заснешь. А утром скажешь: «Подушечка, подушечка, хватит спать!» — и сразу проснешься, и сонненькая не будешь.