Теперь мне бы получить в свое распоряжение Риннеган для контроля над Гедо Мазо и перехвата инициативы у Зецу. Как мне удалось выяснить, у Нагато сейчас нет поддержки Саламандры, он погиб. В Аме примерно такая же ситуация, что и в каноне. Пейн руководит деревней и страной, не показываясь открыто, создав свой культ и закрыв границы. Немногие вообще знают о смерти Ханзо. Так что вырисовываются несколько вариантов захвата додзюцу Рикудо без больших потерь и затрат. Но я более чем уверен, что за Риннеганом Зецу следит пристально. Да и Аме — деревня не бесполезная. Поспешно тут действовать нельзя…
С другой стороны, в свое время Риннеган был практически в моих руках, и тогда я тоже не стал торопиться. Правда, вместе с Риннеганом я мог получить войну с Саламандрой, разрыв путей между Отомурой и Роураном, повышенное внимание ко мне от Зецу и вполне возможную из-за этого войну уже с несколькими какурезато. Да я тогда вообще мог натворить глупостей, просто не зная об Исшики.
Клан Ооцуцуки состоит не из одной Кагуи и ее потомков. Об этом можно было бы догадаться. Но наличие еще одного Ооцуцуки прямо здесь, почти живого, топчущего нашу бренную землю — это уже неожиданность. Этот мир хранит еще много опасных тайн, которые имеют скверную привычку выходить из тени в самый неподходящий момент. Иногда возникает такое чувство, будто сама судьба противится моим действиям. Убрал из Акацуки парочку головорезов раньше времени? Вот тебе вместо них еще более проблемные личности да в большем количестве. Наплодил своих детей вместо Наруто и Саске? Вот тебе еще один Ооцуцуки вместо Кагуи. Тебя стали почитать, как ками? А вот тебе родственники среди демонов.
Вздохнув в ответ на свои мысли, я потянулся к саке и налил в свою пиалу прозрачный напиток. Эту бутылочку и еще пару десятков таких же я принес в подарок Джирайе и Цунаде из храма Кумотори. Священное саке, отличного качества, с фруктово-цветочным ароматом. В отличие от своих старых товарищей, я не большой ценитель алкоголя, но, говорят, это один из лучших сортов. И он нравится не только людям. Словно привлеченная ароматом, из-за моей спины над пиалой нависла бледная тень Хашихиме. Из-под гротескной маски раздался едва слышный стон, в котором я, уже приноровившись к общению, если это можно так назвать, с киджо, уловил вопросительные нотки.
Хашихиме, как и прочие демоны, была бесплотной, она не могла вкусить ни пищи, ни напитков материального мира. Но, как говорит нам многовековая традиция, у духов свои способы принимать подношения. Вспыхнувшие на моей руке языки пламени поглотили поднятую пиалу, облизав керамические стенки и заставив жидкость в них вскипеть и взмыть в воздух белым паром. Болезненно худая, костлявая рука Хашихиме утонула в этом облачке и словно выловила из него блюдце для саке, точно копирующее то, которое опустело в моей руке. Только сакадзуки у Хашихиме было таким же духовным, как сама киджо, и наполненным нематериальным саке.
Капли ртутных слез перестали течь по холодной белой кости маски. Скромно усевшись по левую руку от меня, Хашихиме стыдливо отвернулась и, сдвинув маску в сторону, прикоснулась губами к сакадзуки, пригубив немного преподнесенного ей напитка. Забавная она все же. За последнее время она заметно преобразилась. Как-то очеловечилась, что ли. Маска на лице теперь именно маска, а не искаженная морда. Но все равно девица эта жутковатая. Хорошо, что Джирайя, непонимающе наблюдающий за моими действиями, ее не видит.
Я поставил на пол опустевшее блюдце и после затянувшейся паузы попросил в пустоту.
— Ичики, подай мне свиток.
Браслет в виде змеи на руке зашевелился, в ладонь лег компактный запечатанный свиток, который я тут же протянул Джирайе.
— Костяк Акацуки, сильнейшие члены этой организации — их сейчас восемь осталось, — поведал Джирайе то, что удалось узнать мне. — Лидер зовется Пейном. Он глава Аме, известный в Стране Дождя как Ками.
— Коллега твой? — с серьезной миной поинтересовался Джирайя, принимая свиток и пряча его за пазухой.
— Он силен и имеет Риннеган, — краем глаза наблюдая, как опустошившая сакадзуки Хашихиме мечтательно наблюдает за скачущими в свежих листьях деревьев солнечными бликами, ответил я Джирайе. — Людям хватало и меньшего, чтобы начать именовать человека ками.
— Самые могучие из Трех Великих Додзюцу глаза, да? — нахмурился Жабий отшельник. — Всегда считал, что это миф.
— Это реальность. Сложная в получении, опасная для пользователя и окружающих реальность. Не связывайся с человеком, в чьих глазах застыл рисунок волн на водной глади. Это будет твоим концом.