— Спасибо! Они были слишком быстры, — успев сгруппироваться при падении и уже стоя на ногах, поблагодарила Хината.
— Опять мы влипли, — пробормотал Итачи. — Только уже не одни.
Волна сверкающих кристаллов, подобно сонму лепестков сакуры на ветру, пронеслась по улице. Шаринган не позволял видеть сквозь технику Гурен, но Итачи видел сквозь прорехи в кристаллических снежинках противника. Их образ собирался словно мозаика из разрозненных кусочков, пока не собрался воедино, когда розовая волна техники Стихии Кристалла разбилась о футондзюцу и улетела вверх, осыпая землю сверкающим снегопадом.
Их было вновь двое, два человека в плащах с алыми облаками. И вновь у одного из Акацуки был Шаринган. За оранжевой маской не видно было лица, в ней была прорезь лишь для одного глаза, и сквозь него видно было багрянец додзюцу с тремя томое. Это был не Шисуи. Несмотря на то что тело было скрыто широким плащом, Шаринган Итачи позволял оценить механику движений человека. Она отличалась от таковой у Шисуи. Иной рост, иной вес и иной возраст. И иной напарник.
Да, спутать керамическую марионетку с Хошигаки Кисаме не получилось бы даже в пьяном бреду. Четыре составные руки — из-под рукавов плаща выглядывают только окрашенные в разные цвета кисти, и три лица — безносая маска с зубастым разрезом рта и треугольником трех точек-глаз и две гротескные драконьи морды с распахнутыми пастями по бокам. Свисающие с широкой шляпы-касы белые ленты из ткани скрывали почти всю голову, но эта жутковатая маска все равно была отлично видна. Коноха стала совсем уж проходным двором, если в ней оказались существа с таким внешним видом.
— Йо-хо-хо! Да у нас тут приличный улов! — восторженно рассмеявшись и даже захлопав в ладоши, воскликнул человек в оранжевой маске. — Сенджу Наваки и Хьюга Хината с Хибакари! Ты как никогда точен, Кьюкьёку-чан!!!
— Замолкни, Тоби, — голос напарника человека в маске был холоден и имел странное, пустое звучание.
— Кьюкёку-чан банзай! Банзай! Банзай!
Итачи слега нахмурился, наблюдая, как названный Тоби извивается всем телом, изображая поддержку своего товарища. Это был странный тип. В клане были слухи о том, что эволюция глаз может нарушать рассудок человека. Может, здесь такой случай?
— Не отвлекайтесь, — посоветовал своим спутникам Итачи. — Действуем по нулевой стратагеме.
— Ты серьезно? — нервно улыбнулся Наваки. — По той самой?
— Ага.
— Нулевая стратагема? — удивленно спросил Тоби. — А это что?
— Вам лучше не оказывать сопротивление, если не хотите лишних жертв, — вытягивая вперед руку с окрашенной в зеленый цвет ладонью, предупредил Кьюкьёку.
Это существо не пыталось использовать печати. Шаринган позволял видеть, как под одеждой шевелятся тонкие руки, как двигаются пустотелые пальцы. Щелкающие при каждом движении суставы были скреплены чакрой, она текла по керамическому телу, но ее движение было совершенно иным, чуждым обычному живому существу. Разобраться в нем было сложно. Невозможно понять, какую технику противник собирается применить. Однако узнать элемент и количество чакры еще есть шанс…
Пальцы Итачи сплелись в серии печатей.
Катон: Гокакью но Дзюцу!
Незримые сети футондзюцу, которые были готовы накинуться на пятерку генинов, поймали вылетевший им навстречу огненный шар. Стихия Ветра имеет слабость перед Стихией Огня. И техника противника была невысокого ранга. Чакра противника раздула пламя огненного шара. Техника Итачи утратила стабильность и начала разбухать, пока не взорвалась, швырнув в стороны волны пламени и сухого жара.
Огонь бессильно лизнул почерневшие стены зданий, не в силах пробить защитную технику, накрывшую Коноху. Но он на секунды скрыл генинов от взора противников, дав возможность приступить к выполнению сути нулевой стратагемы.
— В Академию! — крикнула Гурен, хлопком по земле воздвигая перед собой частокол из розовых кристаллов.
Итачи молча кивнул, быстро разворачиваясь и готовясь применить Шуншин.
Принимать бой не было ни малейшего смысла, так что единственно верный прием — бегство. Акацуки встретились им в очень неудачном месте. Площадь перед Академией не так уж велика, но Итачи с друзьями все еще не успели покинуть ее. Ближайшие здания, в которых можно было укрыться от Акацуки, были впереди, на перекрестье улиц. Но там же была парочка нукенинов. По бокам только деревья да аллеи. А защитное ниндзюцу покрывает только здания. Остается бежать обратно — в Академию. Но только этого им сделать не позволили. Незримый удар едва не вытряс из Итачи весь дух. Рядом тяжко вскрикнула Гурен, падая на колени. Она потерянно мотала головой, обхватив ее руками. Итачи чувствовал себя немногим лучше. Но этот прием ему был знаком.